Виталий Манский: «В «Свидетелях Путина» зрители погружаются в полудетективные истории»

Режиссер объясняет, зачем снял документальный фильм о президенте и почему его картина интереснее «Карточного домика»
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

В этом году главный российский фестиваль документального кино «Артдокфест» пройдет в сокращенном формате. В кинотеатре «Октябрь» будут показаны только фильмы, получившие прокатное удостоверение на территории России. На большом экране не выйдет и картина «Свидетели Путина» президента фестиваля Виталия Манского. Посмотреть ее можно будет только на сайте «Артдокфеста». В основу картины легла видеохроника, которую Манский снял в 1999—2001 гг., в том числе работая на первую избирательную кампанию Владимира Путина. Корреспондент «Ведомостей» встретился с режиссером на фестивале IDFA в Амстердаме, чтобы поговорить о важном кино для российской политики.

– Есть ли у вас свидетельства или отзывы о том, что люди, которые смотрели кино, стали лучше понимать Россию? Это было главной целью фильма?

– Я думаю, что, если у фильма есть одна конкретная цель, он сужает свою силу, энергию и значение. У картины должен быть большой диапазон целей. И да, одна из целей – это более объемное понимание России и тех процессов, которые привели страну к кризису, как понимают на Западе, и с чем, может быть, не согласны люди внутри России. Но кроме этого фильм помогает понять процессы формирования власти. Они, по большому счету, идентичны в разных обществах, но есть определенные национальные и этические особенности. Борьба за власть, компромиссы при принятии решений – они присутствуют везде. И это подтверждается нашими обсуждениями с аудиториями в разных странах. Люди смотрят эту картину и примеряют эти истории на свои страны. Иными словами, смотрят, как «Карточный домик». Мы же этот сериал не смотрим как исключительно американскую историю. Только «Карточный домик» придуман сценаристами, а здесь зрители получают возможность погрузиться в реальные перипетии и почти полудетективные истории, последствия которых мы все наблюдаем сегодня.

– Было ли у вас ощущение, что Путин раскрылся в вашем фильме, и изменилось ли это ощущение по сравнению с 2000 г.?

– Вопрос про Путина, который полностью раскрылся, не вполне корректен. Любой человек не способен полностью раскрыться даже перед собственным отражением в ванной комнате, когда он выходит из душа. Мы по природе своей закрыты. В какой степени открылся Путин? Мне судить трудно, но то, что он четко соответствует парадигме политических запросов 1999-2001 гг. в этой картине, – это очевидно. Он исполняет роль человека, которого решили двигать в президенты. Ведь это не его кампания. Это не он себя двигает в президенты. Это команда людей, которая сделала ставку конкретно на Владимира Владимировича, тогда еще Володю Путина, который нынче стал лидером нации.

– В начале картины вы несколько раз повторяете, что у нас в стране работает пропаганда и практически отсутствуют независимые медиа. Мы внутри страны все это знаем. Получается, что картина больше ориентирована на западного зрителя?

– Конечно, когда делаешь фильм, ты должен и обязан ощущать свою аудиторию. И замыкаться исключительно на аудитории, полностью посвященной в обстоятельства событий, о которых повествует твоя картина, не очень разумно. Но и делать учебник истории или хрестоматийную лекцию о том, что такое Россия, как она устроена, тоже неверно. Всегда идешь по пути баланса. Полагаю, что в этой картине баланс соблюден в тех объемах, в которых он должен быть соблюден. Для того, чтобы западная аудитория понимала происходящее на экране, а российская аудитория чувствовала искренность и естественность повествования, а не воспринимала это как некую такую импортно-экспортную версию. Эта картина прежде всего для российской аудитории. И говорит она с российской аудиторией на доверительном для каждого россиянина языке.

– Вы ездите со «Свидетелями Путина» по международным фестивалям и все время рассказываете о том, как обстоят дела в России. Но в России фильм на «Артдокфесте» не покажут. Может, снимать фильмы на более отвлеченные от политики истории?

– Конечно, фильм всегда является катализатором для обсуждения темы, которую он затрагивает. Конечно, если я делаю картину, связанную с операцией «Преемник» и становлением Путина в качестве президента России, то аудитория в первую очередь интересуется политическими аспектами. Но я считаю, что очень важно делать фильм о том, что людей волнует, что заставляет их анализировать и осмысливать сутевые вопросы. Потому что иной раз мы видим фильмы, которые ни к чему нас не призывают. И бедный зритель, отсидевший в зале полтора часа, потом еще вымучивает какой-то вопрос, чтобы совсем не обидеть режиссера. К сожалению, это нередко происходит и на больших фестивалях. Поэтому я считаю, что кино должно попадать в нерв общества.

– И времени?

– Абсолютно. И в этом случае фильмам гарантирована долгая жизнь, потому что тогда к ним возвращаются многие поколения. Такие фильмы фиксируют что-то очень важное. А вот такое «кино вообще» заполняет пространство сегодняшнего дня, растворяется и исчезает.

– Фильм сделан из ваших личных архивных съемок. Вы больше не могли держать этот уникальный материал у себя, хотелось им поделиться? Или вас вдохновило что-то конкретное?

– К этому материалу следовало вернуться после 2012 г., когда мы стали свидетелями операции по возвращению Путина после временного Медведева. Когда стало понятно, что изменение Конституции (два раза по шесть) гарантирует нам Путина уже на 24 года. А 24 года в российской политике — это уже навсегда. В этот момент я понял, что я обязан вернуться и к переоценке собственной ответственности за участие в президентской кампании, и для того, чтобы предложить тем, кто еще способен к анализу, вернуться к событиям двухтысячного года, чтобы не повторить их в будущем.

– Ближе к финалу фильма Путин говорит про возвращение к обычной жизни. Таким образом, вы считаете, что он может вернуться к ней до истечения четвертого срока?

– Что значит вернуться к обычной жизни? Он уже не вернулся к обычной жизни, он уже нарушил все принципы, все декларируемые им принципы, в том числе в этом фильме. И полагаю, что когда он произносил эти слова, то, конечно, не предполагал, насколько податливым окажется российское общество. Как легко ему будет это общество скрутить в бараний рог, завладеть им и подчинить себе. Одному себе. Полагаю, что он просто не мог это прогнозировать и думал, что через два президентских срока общество не допустит узурпации власти. А общество оказалось слишком слабым, нерешительным, безвольным. Поэтому и пожинаем плоды всей этой истории.

Фильм «Свидетели Путина» можно будет посмотреть в рамках онлайн-показов на сайте «Артдокфеста» 12 и 13 декабря, а также в эфире телеканала «Настоящее время».

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more