В Лондоне и Нью-Йорке начался сезон аукционов старинных скрипок

Это очень специфический инвестиционный актив, зато надежный и растущий
Рекордсменом по итогам продаж на Tarisio является скрипка Lady Blunt (на фото) /Oli Scarff / Getty Images

C 6 по 19 октября в Лондоне и с 27 октября по 12 ноября в Нью-Йорке международный аукцион Tarisio, специализирующийся на продаже старинных музыкальных инструментов, выставит на торги сразу несколько лотов разных эпох и мастеров и, соответственно, разных ценовых категорий.

Компания ежегодно проводит шесть торгов по инструментам и смычкам, а также организует круглогодичные частные продажи ценных предметов по заказу. За год на мировом рынке аукцион продает более 3000 дорогих старинных инструментов и смычков. Рекордсменом по итогам продаж на Tarisio является скрипка Lady Blunt Страдивари, которая девять лет назад была продана почти за $16 млн. На этом специализированном аукционе также часто продают инструменты Гуаданини (скрипка его работы была куплена за $2,1 млн) и Амати (его шедевр ушел за $2 млн).

Тихая гавань

В наши времена сам собой возникает вопрос, как события последних коронавирусных месяцев отразились на этом специфическом рынке. Ответ: никак. Рынок очень стабилен – и не только в этом году. Он ни разу сильно не падал на протяжении не то что десятков – сотен лет. Эксперты утверждают, что на цены скрипок стоимостью выше $100 000 экономические кризисы не влияют.

Инструменты XIX, XX и XXI вв. могут оцениваться в сумму от $5000 до $20 000, а старинные скрипки XVII, например, века таких мастеров, как Страдивари и Гварнери, – в миллионы, если не десятки миллионов долларов. Но как инвестиционный актив они того стоят: старинные скрипки настолько же надежное вложение денег, как и инвестиции в другие раритетные предметы искусства. А именно так – как к образцам высокого искусства – советуют относиться к музыкальным инструментам специалисты рынка.

«Аукционы Tarisio, конечно, на слуху, – говорит эксперт рынка старинных инструментов, генеральный директор музыкального салона Giovanni String Instruments в Санкт-Петербурге Иван Фадеев. – Однако тому, кто впервые хочет приобрести старинную скрипку или смычок, следует изначально понимать: получите вы доход от вложения в старинный музыкальный инструмент или нет, зависит от многих факторов».

Речь не о гарантии подлинности инструмента и его истории появления и обращения на рынке (provenance) – за это как раз отвечают своей репутацией институциональные продавцы, такие как Tarisio. Речь о таком, например, понятии, как ликвидность вещи. Ее, говорит Фадеев, определяет целый ряд параметров, которые влияют на ценообразование и доход от продажи инструмента, поэтому перед покупкой следует обязательно консультироваться с экспертами и профессиональными организациями, работающими с этим товаром. «Также очень важен период, на который деньги вкладываются в вещь с инвестиционной целью, – добавляет он. – С этой точки зрения покупка старинного инструмента считается относительно долгосрочным вложением. Как показывает практика, инструмент начинает приносить доход после пяти лет пребывания в руках одного владельца, реже – через 3–4 года после его приобретения».

Фадеев придерживается мнения, что вложение в дорогостоящий инструмент или смычок – это в первую очередь приобретение безопасного актива, способного защитить деньги от обесценивания. Предметы, имеющие антикварную ценность, и предметы искусства при должном хранении, уходе и использовании действительно, как правило, не дешевеют. «Приобретая, скажем, скрипку работы известного французского мастера XIX в. Жан-Батиста Вийома за 350 000 евро или инструмент Андреа Гварнери за 800 000 евро, вы понимаете, что через пять лет точно продадите ее [с выгодой], потому что стоимость инструмента на рынке вырастет как минимум на 15–20%», – поясняет он.

Кстати, о стоимости инструментов – точнее, о суммах, с которыми имеет смысл выходить на торги. «Здесь все зависит от поставленных целей, – объясняет Фадеев. – Бывает, что цель спекулятивная: вложить деньги в недорогую вещь, но с потенциально высокой маржинальностью для дальнейшей быстрой перепродажи. Иная цель – инвестиционная, т. е. долгосрочное вложение денег с целью сохранения и пассивного потенциального дохода от естественного роста стоимости инструмента. В первом случае на торги можно идти с суммой от 10 000 евро, во втором – от 50 000».

Стратегия для умного инвестора

Музыкальные инструменты отличная средне- и долгосрочная инвестиция, подтверждает основатель Tarisio Джейсон Прайс. Они не приносят большого дохода, пока актив находится во владении у покупателя, но обеспечивают неплохой возврат на вложенный капитал в момент их продажи. «Но все-таки лучшая стратегия инвестирования в музыкальные инструменты, – продолжает Прайс, – это рассматривать их как произведения искусства, которые одновременно являются рабочими инструментами для профессиональных артистов-исполнителей. Да, на таких инструментах играют музыканты мирового уровня. Но умный инвестор сдаст в пользование свой музыкальный инструмент начинающему исполнителю. [Если] тот сделает карьеру, цена на инструмент дополнительно вырастет».

Дорогие музыкальные инструменты, как и любые серьезные вложения, требуют обдуманных решений, предупреждает Прайс. Но в отличие от активов многих других классов эти произведения искусства на протяжении столетий демонстрируют чрезвычайно высокую стабильность. «Мы консультируем многих клиентов по поводу их инвестиций в музыкальные инструменты, – продолжает он, – и можем рассказать сотни историй успеха покупателей и продавцов старинных инструментов. Доход получают от скрипок и смычков разных мастеров. Страдивари, Гварнери, Амати, Ружери и Бергонци – одни из самых известных классических имен. Но есть и известные производители XIX в., такие как Прессенда, Вийом, Черути и многие другие, чьи творения также приносят существенную и стабильную прибыль».

Где продаются скрипки

Помимо Tarisio, есть еще несколько аукционов, которые специализируются на продажах скрипок. Среди наиболее известных и авторитетных – Ingles and Hayday и Christie’s. Есть также уважаемые профессионалами аукционы местного значения, такие как Skinners в Бостоне, рассказывает профессор экономики Кэтрин Градди, декан Brandeis International Business School и признанный в мире эксперт рынка старинных музыкальных инструментов. «Однако аукционные продажи составляют лишь около 10–20% всех сделок со скрипками, – уточняет Градди. – Большинство инструментов продаются через дилерский рынок, а некоторые напрямую, без посредников». Одним из преимуществ заключения сделок через дилера, считает Градди, является то, что у него легче увидеть инструмент вживую, хотя аукционные дома тоже показывают свои инструменты перед торгами. «Кроме того, дилеры часто соглашаются на «обмен», если скрипка продается по аналогичной или более высокой цене. А основное преимущество покупки через аукцион – прозрачное ценообразование», – заключает эксперт.

Если ориентироваться на исторические данные, то скрипки в течение длительного периода времени показывают примерно ту ​​же доходность, что и государственные облигации, – около 3% годовых реальной прибыли, поясняет Градди. При этом показатели стабильности скрипичного рынка выше, чем у рынка предметов искусства в целом. «Впрочем, меня беспокоит сегодня спрос на аукционах, – говорит профессор. – Как известно, концерты по всему миру практически не проводятся с марта этого года из-за COVID-19. Спрос на инструменты, несомненно, снизился. С одной стороны, вероятно, сейчас хорошее время для покупателей появиться на аукционе. С другой стороны, продавцы, вероятно, будут с большей осторожностью предлагать на продажу первоклассные инструменты».