Стиль жизни
Бесплатный
Юлия Савельева

«Ювелирному подразделению Chanel всего 20 лет, у нас нет «нерушимых» традиций, которым нужно следовать»

О свободе творчества в рамках бренда рассказывает международный директор Chanel Joaillerie Бенжамен Комар
Бенжамен Комар возглавляет ювелирное подразделение Chanel Joaillerie с 2005 года

Коллекции ювелирных украшений во французском модном Доме Chanel создают чуть больше двух десятилетий. Изначально эта традиция отталкивалась от самой первой и единственной коллекции украшений Bijoux de Diamant, созданной самой Габриэль Шанель в 1932-м, и еще от нескольких излюбленных мотивов Дома. Последние девять лет под руководством Бенжамена Комара, пришедшего в компанию после работы в брендах Alfred Dunhil, Cartier и S.T. Dupont, ювелирное подразделение Chanel значительно обогатило собственный репертуар и завоевало свое полноправное место в узком мире haute joaillerie.

— С момента появления два года назад коллекции «1932», посвященной 80-летию создания драгоценностей в Доме Chanel, каждая последующая коллекция демонстрирует огромное количество предметов, оригинальность их дизайна, замысловатость форм и конструкций – рост и эволюция возглавляемого вами департамента очевидна, в чем причины столь активного роста?

— Бенжамен Комар. Причин несколько. Первая из них – это благоприятная, стабильная ситуация на ювелирном рынке и наличие «аппетита» к драгоценностям у клиентов. Вторая причина в том, что произведения Chanel Joaillerie интересны женщинам, нам удается представить и выразить новый образ женственности – сильной и независимой, и это отвечает тем потребностям, которые имеются сегодня на ювелирном рынке. Ну и третья причина в том, что мы стараемся привнести максимальную креативность в любое наше изделие и создавать то, что не делалось до нас. Разумеется, все это в рамках наследия и духа Габриэль Шанель. Да, мы верны нашим ценностям, культуре нашего Дома, но при этом постоянно стремимся привнести на рынок нечто новое – надеюсь, что у нас это получается. И потом, мы делаем весьма современные украшения, которые легко можно носить едва ли не каждый день. Это не трофей, который нужно хранить в витрине или в сейфе, а живое, легкое изделие для современной жизни, и мне кажется, наши клиентки ценят такой подход.

— Не ощущаете ли вы сами, что команда Chanel Joaillerie создает совершенно зрелые серьезные и разнообразные коллекции, что у вас наступил период профессиональной зрелости?

— Б.К. Возможно, это и так. Мы начали заниматься украшениями 21 год назад, и, конечно, в какой-то момент должен был случиться рывок вперед. За этот период мы достигли определенного уровня, у нас сформировалась талантливая команда, своя клиентура. Чем дальше ты двигаешься вперед, тем зрелее ты становишься, это естественный эволюционный процесс. Да, наверное, можно с полным правом говорить о зрелости ювелирных коллекций Chanel Joaillerie.

— При этом, если не считать самой первой коллекции украшений Габриэль Шанель 1932 года, двадцать лет – возраст для индустрии очень молодой. Ощущаете ли в этой связи какие-то рамки творчества или, наоборот, видите в этом свое преимущество?

— Б.К. Возраст действительно очень молодой! Но преимуществ в нем гораздо больше, поскольку, не имея «нерушимых» традиций и устоев, мы обладаем свободой самовыражения, у нас нет никаких строгих старых правил, которые нам нужно уважать и которым мы должны следовать. Так что в Chanel Joaillerie мы вольны делать буквально что угодно, и в сегодняшнем мире это сила. Да, конечно, все это в соответствии с эстетическими кодами Дома, c наследием Шанель, но это скорее не рамки, а целая вселенная, и в ней у нас неограниченная творческая свобода.

— Если взять самую первую коллекцию Chanel 1932 года, Bijoux de Diamant, все темы в ней довольно просты – звезды, кометы, солнце, банты, перья, – и в этой простоте для вас содержались возможности для дальнейших интерпретаций. Именно они едва ли не самая сложная часть вашей работы: с каждой коллекцией вам нужно представлять все новое толкование фирменных тем…

— Б.К. Здесь я с вами соглашусь. Уверен, что простота, лаконичность дизайна и графические линии – это две сильные стороны Chanel. Да, мы стараемся следовать этим двум факторам и в этом смысле куда менее экстравагантны, чем прочие, склонные к буйной фантазийности ювелиры. В коллекции «1932» наблюдалась еще большая простота – большинство украшений в ней мы построили из одного драгоценного камня, демонстрировали практически одни бесцветные бриллианты. И наша последняя коллекция высокого ювелирного искусства, Café Society, абсолютно отвечает этим двум факторам.

— Несмотря на то что мы говорим о простоте образов, последняя коллекция, Cafe Society, как раз сложна в плане конструкций, 3D-объемов и применения разных ювелирных техник...

— Б.К. Это так, но обратите внимание, что и она также весьма графична. Чистые формы – круги и арки, квад­раты и прямоугольники как элементы украшений. Но да, вы правы, некоторые изделия было весьма сложно изготовить. И графичные вещи порой очень непросто носить. Но только не наши: именно исполнение делает эту драгоценную графику совершенно жизненной. Как и коллекция «1932», так и Cafe Society – это мягкие, легкие, подвижные украшения; да, торжественные, но не такие, как драгоценные воротники для махараджей или массивные тиары. Наши украшения – для современной, динамичной, успешной женщины.

— Как возникла идея коллекции Cafe Society? Почему вы решили обратиться к этому периоду в искусстве и в обществе Парижа 20-х годов?

— Б.К. В истории современной Европы это был первый период слияния нескольких миров в одном эпицентре, в Париже 1920-х годов. Именно здесь собираются и активно творят художники и актеры, музыканты и танцовщики со всего мира, это богемное общество причудливым образом смешивается с местной скучающей аристократией и с богатыми, алчными до всего нового и модного американцами, которые перебираются жить в бурлящий Париж, где царит свобода от буржуазных условностей. Здесь творят и предаются радостям жизни Пикассо и Стравинский, Кокто и Бакст, Родченко и Мэн Рей, все они встречаются в одном мире, в одном обществе и вместе формируют новое видение и порождают течение, которое от классического искусства XIX века совершило стремительный и яркий переход к современному искусству XX века в живописи, в балете и в музыке.

Это была невероятно креативная и продуктивная эпоха, из нее до сих пор можно почерпнуть много интересного. И сегодня с новым глобальным объединением мира, когда мы наблюдаем новый феномен людей, прибывающих в Париж из России, из Китая, из Индии на модные шоу и на Биеннале антикваров, самое время посвятить коллекцию тому периоду, тому обществу и явлению, активным участником которого в свое время была Габриэль Шанель.

— Если внимательно изучить коллекцию, то можно понять, что художественные достижения того периода вы, словно трафареты, наложили на коды Chanel, объединили эти две эстетики во многих украшениях - где-то сильно проявляется стиль ар-деко, где-то угадывается абстрактная живопись, где-то воспроизведены фотографические эффекты…

— Б.К. Это именно то, чего мы и хотели достичь! И абстракция, и взрыв геометрических форм, который проецирует новые формы, и по-новому поданное ар-деко, и знакомый, но завуалированный в этих новых формах мотив камелии – здесь действительно можно найти все! Но ведь и Габриэль Шанель была новатором в том периоде Cafe Society: черно-белая графика ее нарядов, даже форма флакона Chanel №5, а затем и драгоценности Bijoux de Diamants – все это кардинально отличалось от того, что создавалось вокруг.

— В украшениях коллекции Cafe Society есть некоторая схожесть с вашей коллекцией Contrastes de Chanel - та же графичность, та же сложность свиду простых форм. Это получилось случайно или вы сознательно стараетесь в каждую новую коллекцию добавить нечто узнаваемое из предыдущей, чтобы в них ощущалась некоторая преемственность?

— Б.К. Верно подмечено! Схожесть между этими двумя коллекциями, и особенно главными брошами, определенно есть! Но сами мы это осознали уже после того, как были утверждены эскизы и запущены в производство украшения. Это случайность, в которой, конечно же, есть художественная закономерность. Но все же мы стараемся создавать очень разные коллекции. Иногда они бывают построены вокруг одной темы – как коллекция Plume вокруг формы пера или Sous le Signe du Lion вокруг образа льва, – а вот и Café Society и Contrastes de Chanel по темам очень вариативны и открыты для интерпретаций внутри самих себя.

— Что все-таки в Chanel Joaillerie идет первым – стиль или дизайн? И сколько людей вовлечены в процесс их создания, кто решает, запускать эти украшения или нет, Chanel это или нет?

— Б.К. Все решения мы принимаем вместе с моей командой, в которую я очень верю. И чтобы запустить в производство то или иное украшение, все участники этого процесса – дизайнеры, ювелиры и да, отдел маркетинга – должны произнести «да», прийти к общему положительному знаменателю.

— Знаете, как мы на самом деле оцениваем рисунок украшения? Он должен вызвать эмоцию, тронуть нас своей красотой, и потом уже мы взвешиваем его функциональность, потенциальную стоимость - адекватна ли она для производства? И да, передает ли эта вещь послание, которое может существовать только под кодом Chanel, отвечает ли оно традициям и культуре Дома?

— В одном украшении так много составляющих, а ведь это предмет далеко не первой необходимости, это изделие, которое украшает женщину, и все, поэтому оно должно вызывать сильные эмоции. При этом затронуть их очень сложно, мы можем создать сотни эскизов, прежде чем выбрать всего несколько. И порой я сам размышляю: ну что еще можно придумать вокруг темы кометы или перьев, в седьмой-то или который там раз?! Но приходит артистическое решение, свежее, интересное, и ты сам поражаешься, как неординарно может мыслить творческий человек?! В этом и состоит магия творчества.

Мы, кстати, и драгоценные материалы, и ювелирные техники выбираем с эстетической точки зрения – насколько они способны идеально воплотить идею украшения, представить ее в выгодном свете. Буквально все в процессе создания наших драгоценностей и ювелирных часов подчинено эстетике Chanel.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать