Статья опубликована в № 3882 от 28.07.2015 под заголовком: Я композитор

Хайнер Геббельс говорит, что он композитор, а не режиссер

Он ставит в электротеатре «Станиславский» спектакль «Макс Блэк, или 62 способа подпереть голову рукой»
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Pаботы театрального режиссера Хайнера Геббельса не имеют ничего общего с привычным драматическим спектаклем. Те, кто пишет новейшую историю театра, нередко применяют к нему законы своей первой профессии. Ромео Кастеллуччи начинал как художник, Штефан Кэги – как журналист. Хайнер Геббельс – композитор. Два года назад зрители «Золотой маски» увидели его спектакль-инсталляцию «Вещь Штифтера»: в этой постановке вовсе не было актеров – вместо них действовали механизмы. Первой российской площадкой, пригласившей Геббельса на постановку, стал электротеатр «Станиславский». Репетиции спектакля начались летом; премьера назначена на октябрь.

– Вы сторонник театра, где публика равна художнику; театра, который стимулирует зрителя к собственной работе, собственному творчеству. Как вам кажется, почему эта идея стала востребована в актуальном театре и современном искусстве?

– Думаю, это связано с базовыми идеями эмансипации и демократии, с желанием избежать иерархии. Я всегда говорю, что сто, тысяча зрителей всегда умнее команды, которая сделала спектакль. Кто мы такие, чтобы объяснять им, как надо думать? Мы можем предложить инструменты, мы можем поставить вопросы, но у нас нет ответов. Кстати, это касается не только отношений между артистом, художником и аудиторией, но и процесса работы. Очень важно, как разрабатывается производство спектакля.

– Вы имеете в виду отношения режиссера с актерами?

– На моих проектах нет настоящего режиссера. Я сам – не режиссер, а композитор: это большая разница. У меня нет задачи выразить себя. Я не изобретаю всего, и у меня нет определенного видения. Весь процесс создания спектакля сбалансирован между членами команды. Моя роль заключается в том, чтобы собрать в единую композицию все, что было создано в ходе совместной работы, – текст, действие, музыку, свет, пространство, костюмы. Когда я работаю над текстом, то не занимаюсь интерпретацией. Моя цель – «раскрыть» материал, представить его зрителям. Я стараюсь подать текст так, чтобы публика имела возможность интерпретировать его самостоятельно, исходя из собственных чувств. Хорошая литература всегда предлагает множество прочтений на нескольких уровнях.

– Как российские актеры воспринимают ваш метод работы? Наш артист нередко ощущает себя подневольным человеком – и такое положение его устраивает.

– Да, я это почувствовал. И это мало отличается от вертикальной иерархии, которую вы обнаружите в немецких театрах. Но я был рад увидеть, как актер Александр Пантелеев с самых первых дней репетиций сразу понял, что находится на равных с остальными элементами спектакля – светом, звуком, а люди, которые с ним работают, – композитор, осуществляющий живой сэмплинг на клавишах, саунд-дизайнер и др. – все они являются его соавторами. То есть они – не персонал, который его обслуживает. И ему нравится работать с ними на одном уровне. Даже в огне он видит своеобразного партнера (в спектакле мы используем пиротехнику). И работа в команде не ущемляет его значения, ведь процесс совместного творчества даже делает его сильнее.

– Пантелеев – единственный артист в постановке?

– Да.

– Как вы его нашли?

– У меня была возможность встретиться в электротеатре с несколькими артистами, поговорить и поработать некоторое время. Все они замечательные актеры, и я был впечатлен их профессионализмом и открытостью. И в Пантелееве я нашел некоторые качества, особенно важные из-за характера его персонажа в этой постановке.

Все флаги в гости

Просуществовав всего полгода, электротеатр «Станиславский» успел собрать серьезную коллекцию режиссерских имен. Здесь выпустили спектакли грек Теодорос Терзопулос, создатель специальной актерской техники для исполнения античной трагедии, и итальянец Ромео Кастеллуччи, работающий на пересечении театра и современного искусства.

– Вы работаете над новой версией спектакля «Макс Блэк». Первая постановка вышла в Лозанне в 1998 г. Чем российская редакция отличается от швейцарской?

– Самые большие изменения для меня – другой актер, другой язык, другой ритм спектакля. И еще мы переделали значительную часть музыки. Это был захватывающий процесс. Спектакль выстроен очень четко, это большая партитура, состоящая из текста, звуков и действий, где все взаимосвязано друг с другом. И все эти перемены приводят к появлению новой версии спектакля.

– В спектакле «Вещь Штифтера» вам даже не понадобился актер – настолько «живыми» получились неодушевленные механизмы!

– Здесь у нас все-таки сильный протагонист, в отличие от «Вещи Штифтера». Но в «Максе Блэке» предметы тоже важны, особенно акустически. Актер дотрагивается до вещей, и получившиеся звуки продолжаются еще долгое время. Эти шумы отделяются от предметов, живут независимо от них и начинают управлять дальнейшими действиями ученого в его лаборатории.

– Науки, не относящиеся к гуманитарным, – математика, физика, химия – это для многих людей что-то бесконечно далекое от искусства. Уже в старших классах школы начинается деление гуманитариев и технарей. Но вас притягивают все области человеческого знания: вы много работаете с техникой, а ваш новый спектакль посвящен естественным наукам. Что общего у науки, техники и искусства?

– При всех их различиях они во многом соприкасаются. Тексты, которые мы используем в спектакле, – это записные книжки четырех ученых (Поль Валери, Георг Кристоф Лихтенберг, Людвиг Витгенштейн и Макс Блэк. – «Ведомости»), но все они занимались исследованиями вне собственных научных дисциплин, а кроме того, были еще и художниками или историками искусства. Ученые ищут определенный результат – а люди искусства занимаются чем-то противоположным. Как ученый Поль Валери говорил, что ненавидит неопределенность – но как поэт он высоко ценил важность неопределенности в творческой работе. Возможно, «Макс Блэк» – спектакль о провале науки, которой никогда не достичь окончательных ответов.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more