Статья опубликована в № 3952 от 03.11.2015 под заголовком: Угроза увольнения 007 – это о противостоянии человека и технологий

Дэниэл Крейг: Угроза увольнения 007 – это о противостоянии человека и технологий

Новый «Джеймс Бонд» – «007: Спектр» – обещает стать не только зрелищнее предыдущего, но и перезагрузить самую успешную британскую франшизу

Во-первых, Бонда решили прополоскать по полной, с празднований Дня мертвых в Мексике его бросают в австрийские снега, с классических площадей Рима – в экзотический Танжер. Во-вторых, у зрителей появляется возможность «прокрутить ленту» Бонда назад и узнать подробности личной жизни героев – как если бы начать «фолловить» их в соцсетях. В-третьих, девушек Бонда две: Моника Белуччи, которая играет Лючию Скьярру, чувственную вдову главы преступной организации «Спектр», и цветущая блондинка с докторской степенью Мадлен Свонн (Леа Сейду), которая не уступает Бонду в умении стрелять. Но главное – одной из них удается всерьез завоевать сердце 007. На фоне этого контрастного душа из жары, снега, брюнеток и блондинок создатели поднимают проблему тотальной слежки, а также задаются вопросом: быть может, в XXI в. пора отменить всю эту бондиану и положиться на технологии?

– Вопрос, который волнует всех: вы и вправду больше не будете играть Бонда? В интервью журналу Time Out вы сказали, что лучше перережете себе запястья, чем еще один Бонд.

– Проблема в том, что никто так и не прочитал само интервью! Привязались к фразе, вырванной из контекста. Ну да, продажи у Time Out от этого выросли, и все, кто процитировал в интернете, получили свой трафик. Такова современная экономика СМИ, я ничего не могу с этим поделать. Десять лет назад вырывали предложения, а теперь вообще слова. На самом же деле я сказал: «В настоящий момент я чувствую себя так, что лучше перережу запястья». Почему? Потому что это было через два дня после того, как мы закончили съемки, которые длились восемь месяцев. Можно предположить, что я наврал, чтобы поднять шумиху, потому что я все время вру (смеется), но вообще-то я так чувствовал себя в тот момент.

– А как вы чувствуете себя сейчас? Будете играть еще Бондов? И как относитесь к тому, что фильм еще не вышел, а все уже говорят про следующего Бонда. Не злят такие разговоры?

– Насчет того, буду ли играть Бонда: честно, не знаю. Насчет разговоров: не злят. Я просто хотел бы, чтобы Бонда играли хорошие актеры.

– В этот раз вы наряду с Барбарой Брокколи и Майклом Дж. Уилсоном выступили как продюсер и сумели уговорить Сэма Мендеса снова снимать для EON Productions. При этом Сэм заявлял, что не будет больше работать над «Бондом», в то время как студия, чувствуя возрождение популярности шпионского жанра, вообще собиралась снимать два «Бонда» одновременно.

– О, я звонил ему по четыре-пять раз в день. Каждый день (смеется). Послушайте, он целый год работал над «007: Координаты Скайфолл», и, как только он закончил работу, его сразу спросили про следующий фильм. Он соскучился по семье, ему было не до фильма, который к тому же собирались снимать через месяц, и он сказал, что перегорел. У него не было энергии на новое кино. Но, слава богу, «007: Спектр» задержался почти на год, он отдохнул, я умолил его – и он передумал. Дело в том, что у меня всегда были огромные амбиции на эту франшизу. Я считаю, что если тратить деньги на кино про Бонда, то нужно найти самых лучших профессионалов индустрии. Хойте Ван Хойтема (оператор), Томас Ньюман (композитор), Деннис Гасснер (художник-постановщик), сценаристы – мы собрали очень талантливую команду. Для меня это важно еще и потому, что я должен каждый день решать вопросы с ними. Но в итоге мы работали с невероятным энтузиазмом, и для меня это самое большое удовлетворение. Кстати, я с самого начала подрабатывал как продюсер своих фильмов про Бонда, но теперь Барбара и Майкл официально вписали меня в продюсеры – я горжусь.

– Вы даже Монику Белуччи сумели заполучить на роль девушки, а точнее, леди Бонда. То, что она стала первой женщиной Бонда его возраста, много обсуждают. Как вы думаете: это прогресс для вашего героя? И хотели ли вы с ее появлением внести лепту в дискуссии, которые идут в Голливуде?

– Лично я не понимаю, почему возраст Моники вызывает какие-то вопросы, на мой взгляд, здесь не должно быть никаких проблем, но всех волнует именно это. Моника – отличная актриса, и нам было весело работать вместе. Действительно, в Голливуде идет волна борьбы с сексизмом и тем, что для женщин старшего возраста, в отличие от мужчин, не много ролей, но мы не хотели сделать какого-то гигантского заявления, просто была роль и Моника Белуччи подходила как нельзя лучше.

– Сама Моника заявила, что гордится ролью: она показывает, что женщина может быть красивой и желанной в 50.

– Моника выразила это более красноречиво, чем я!

– Моника внесла новое слово в галерею женщин Бонда, а что нового внесли в характер Бонда именно вы?

Сигналы не врут

В предыдущем фильме про «Бонда» авторы тоже передали аудитории недвусмысленный сигнал: в финале агент 007 садился в антикварный бондмобиль. «Спектр» подтвердил намек – после «реалистического» периода бондиана возвращается к истокам: в новой картине гораздо больше условности, чем во всех предыдущих фильмах с Бондом-Крейгом.

– Не мне решать. Все, что я хотел сделать с самого начала, – это подойти к образу Бонда и его миру с уважением и одновременно оставаться человечным. Потому что так я играю всегда. Вся суть Бонда в том, что на его пути постоянно встречаются препятствия. Со своей стороны я бы хотел видеть, как эти препятствия на него влияют и как он с ними справляется, в том числе эмоционально. Я даже не знаю, как еще я мог бы его сыграть. Я и он – мы диаметрально противоположны. Поэтому играть Бонда для меня – работа, причем интересная. Чтобы стать Бондом на площадке, мне нужно сконцентрироваться: я засовываю в уши наушники и слушаю музыку, любую. Сейчас особенно хорошо шли The Smiths.

– Можем ли мы сказать, что Бонд изменился? Что 24-й фильм о Бонде «007: Спектр» – завершение 50-летнего этапа и начало нового Бонда: он отказывается убивать врага и уходит с женщиной.

– Сэм очень остро открывает фильм темой Dead or Alive («Жив или мертв»), которая создает ощущение конца, но при этом и нового начала. Он отлично перемешал огромные массивы светлых и темных моментов: в фильме много юмора и зловещего, при этом это история любви. В конце, когда Бонд уходит с доктором Мадлен Свонн, мы, конечно, хотели сделать заявление.

– То, что начальство Бонда хочет свернуть программу агентов 00, – это тоже заявление? Или скрытое послание? Готовите зрителей к тому, что настал хороший момент свернуть бондиану?

– Ха, в фильме полным-полно скрытых посланий! Но они больше касаются таких тем, как новомодная тотальная слежка. Бонд против. Он считает, что агенты в поле, которые встречаются с людьми, изучают их, учатся понимать их и их культуру и делают то, что нужно, чтобы сохранить мир, более эффективны и безопасны. Он против дронов и прочих технологий слежки. Угроза сворачивания программы 00 – больше о противостоянии человека и технологий. Кстати, в этом фильме вообще не много гаджетов.

– Зато Бонду в кровь запускают механизм, который позволяет следить за его перемещениями в любой точке планеты.

– В частной жизни это было бы ужасным нарушением! Но он давным-давно подписался.

– Ваш противник – профессиональный рестлер Дэйв Батиста, исполнивший роль Хэнкса, приспешника вашего главного врага Оберхаузера, – сказал, что ему было интересно с вами драться и он не всегда был уверен, что победит. Какой подготовки требует Бонд с физической точки зрения?

– Я уже много лет соблюдаю режим. Это все, что я делаю: тренируюсь каждый день. Зачем? Хочу сам исполнять как можно больше трюков. В сцене нашей с Дэйвом драки в поезде почти на всех кадрах мы. Снимали три недели. Одну сцену! Для такой работы надо быть в хорошей форме: заниматься, правильно питаться, не пить. Ну, как не пить, хотя бы до выходных держаться (смеется).

– Батиста так и сказал: чувствую, что Крейг – парень, который ходил в бары и дрался там.

– Ну да, я сломал ему нос.

– С кем из других Бондов вы встречаетесь? И что делаете, когда встречаетесь?

– О! Мы вместе ездим в Монако! Шучу. Я немного знаком с Пирсом Броснаном, но мы с ним как антиматерия: в одном помещении долго находиться не можем. Когда вхожу я, он сразу пропадает. «Привет. Как дела? Как семья?» – мне так приятно встречаться с людьми, что я никогда не говорю с ними про Бонда! Мы нормальные парни. Знаю, что Роджеру Муру нравится мой Бонд. А я фанат его Бонда. Но это же неприлично подойти к нему и начать: «Ах, я фанат твоего Бонда!» Хотя я говорил ему, что мне нравится. При этом каждый Бонд должен быть интереснее предыдущего – иначе зачем на него смотреть? «007: Координаты «Скайфолл»» поднял планку довольно высоко, и нам было сложно ее перепрыгнуть, но, по-моему, нам удалось. Зачем что-то выдумывать, если уже есть рецепт? Если хочешь чего-то достичь, надо постоянно совершенствоваться, стараться делать то, что делаешь, еще лучше. Вот и все.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать