Менеджмент
Бесплатный
Дмитрий Казьмин|Александра Крекнина
Статья опубликована в № 2735 от 17.11.2010 под заголовком: Отпугнуть инвестора

У открытых акционерных обществ четверть директоров должна быть независимой

Регулирование деятельности компаний должно быть серьезно ужесточено, считает президентский совет по кодификации, предложивший новую редакцию Гражданского кодекса

Отредактировать гражданское законодательство президент Дмитрий Медведев поручил в июле 2008 г., а в октябре 2009 г. он одобрил концепцию реформы. На прошлой неделе юристы из президентского совета по кодификации обнародовали новые редакции I, III и VI разделов ГК (общие положения, общая часть обязательственного права, международное частное право), поправки во II и VII разделы (право собственности и другие вещные права, интеллектуальная собственность) будут опубликованы позже.

Большая часть изменений вносится в 1-ю часть кодекса – она была принята в 1994 г. и отстает от современных отношений, объяснял член совета, председатель комитета Госдумы по законодательству Павел Крашенинников: из-за этого растет число споров, а устранять пробелы или противоречия приходится судам. Подготовленные поправки содержат целый ряд сюрпризов для бизнеса.

Игра на публику

Новая редакция ГК предполагает отмену отдельных законов об ООО и АО и замену их единым законом о хозяйственных обществах. Концепция реформы предусматривает ликвидацию ЗАО: им придется стать частными или публичными АО либо перерегистрироваться в ООО. Уставный капитал публичных компаний должен быть не ниже 100 млн руб. (сейчас у ЗАО и ООО – 10 000 руб., у ОАО – 100 000 руб.), в них должен быть создан наблюдательный совет (не менее пяти членов), а совет директоров – на четверть состоять из независимых директоров.

Сейчас понятия совета директоров и наблюдательного совета в законе об АО смешаны, говорит партнер «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Дмитрий Степанов: поправки же предлагают классическую немецкую модель – наблюдательный совет как контролирующий орган, действующий в интересах всех акционеров, и совет директоров, занимающийся непосредственно управлением. Вот только в самой Германии от этой модели уже отошли, как и в других европейских странах, разрешающих акционерам разработать любую систему управления компанией, говорит Степанов.

Сейчас большинство крупных российских компаний не соответствуют предлагаемым требованиям по числу независимых директоров. Так, в «Трансконтейнере», который только что разместил акции в Лондоне и России, из девяти членов совета директоров только два независимых, у Сбербанка, по его данным, из 17 членов совета четверо независимые, у банка «Санкт-Петербург» – трое из 11. А вот ВТБ соответствует таким требованиям: пятеро из 11.

Включать независимых членов в советы директоров, занимающиеся оперативным управлением, не нужно, считает Степанов: независимый директор следит, чтобы не принимались стратегические решения, которые невыгодны всем акционерам, он не обязан вникать во все нюансы. «Оперативным управлением независимые директора заниматься не могут, чтобы управлять какими-то операциями, человек должен работать в компании», – удивляется совладелец «Магнита» Сергей Галицкий.

Прописка для офшора

Другие поправки обязывают часть иностранных компаний, работающих в России, депонировать информацию о своих владельцах и выгодоприобретателях «в уполномоченном государственном органе юстиции». Речь идет «о фирмах, зарегистрированных на территории иностранного государства, предоставляющего льготный режим налогообложения и (или) не требующего предоставления или раскрытия информации при проведении финансовых операций».

За неисполнение такого требования солидарно отвечать по всем обязательствам компании будут не только ее руководство и бенефициары, но и лица, действовавшие от ее имени по доверенности. То есть ответственность распространится и на юриста, взявшегося представлять интересы иностранной компании.

Администрировать такой механизм будет очень сложно, говорит Рустам Вахитов из «Пепеляев групп». По его словам, в ЕС идут по другому пути: максимально усложняют получение налоговых вычетов по расходам, если контрагент – офшорная компания. В таком случае отечественные компании вынуждены предоставлять налоговикам больше информации о сделках, объясняет он.

Волю ограничат

Авторы поправок решили ограничить возможности для внеуставных договоренностей совладельцев компаний. Согласно документу объем правомочий акционеров или участников ООО определяется только в соответствии с их долями. То есть по акционерному соглашению нельзя отказаться от прав, представляемых пакетом акций.

Примерно так же правятся и нормы о сделках, совершенных под условием. По поправкам, «сделка не может быть совершена под условием, наступление которого исключительно или преимущественно зависит от воли одной из сторон сделки, если иное не установлено законом и не вытекает из существа сделки». Такие условия включаются в договоры о синдицированных кредитах, соглашения о реструктуризации долга, о проектном финансировании, опционные контракты, констатирует Степанов. Например, в тексте договора на продажу бизнеса или контрольного пакета акций компании может быть предусмотрено, что права и обязанности по нему возникают, если покупатель проведет соответствующую реорганизацию, объясняет он. Сейчас суды тоже признают такие сделки противоречащими закону, а авторы поправок закрепляют практику в законе, констатирует Степанов.

Во всем мире такие сделки – распространенная практика, удивляется партнер Goltsblat BLP Антон Ситников. Для привлечения инвесторов нужно, напротив, либерализовать законодательство, а не ужесточать, замечает он.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать