Статья опубликована в № 2777 от 25.01.2011 под заголовком: Нагреются на Арктике

Кто сможет работать на шельфе Карского моря, когда там начнут бурить на нефть

Объявленная «Роснефтью» и ВР сделка об обмене акциями и создании совместного предприятия для геологоразведки в Карском море вызывает вопрос: готов ли российский рынок труда предоставить для этого проекта необходимых специалистов?
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Участки, на которые нацелились компании, расположены, прямо скажем, не на курорте. Карское море – одно из самых холодных в России. В июле в западной его части воздух в среднем прогревается на 5–6 градусов и на 1–2 – на востоке и северо-востоке. Большую часть года море покрыто льдами толщиной 1,5–3 м, встречаются плато многолетних льдов толщиной до 4 м. Постоянно дуют ветры, часто возникают туманы.

Ярослав Чупчин, выпускник РГУ нефти и газа им. И. М. Губкина, полагает, что российских нефтяников это не испугает. «Работы предполагаются сезонные, а все, кто занят в этой отрасли, привыкли к вахтовому методу», – говорит он. Сам молодой человек сознательно выбрал такую специализацию, чтобы в будущем не быть привязанным только к нефтегазовой отрасли: в 2009 г. он окончил факультет автоматики и вычислительной техники и теперь занимается разработкой и внедрением автоматизированных систем управления. Еще студентом Чупчин пришел на позицию инженера в компанию «Русгазавтоматика» и за три года вырос до ведущего инженера. «Чтобы попасть в крупную нефтяную компанию даже в качестве рядового офисного сотрудника, нужно иметь связи или 5–10 лет потрудиться в тяжелых северных условиях вахтовым методом», – уверен Чупчин. Он не прочь был бы поработать на новом проекте, но только если условия конкурса будут прозрачными.

Где взять людей

«Специалистов, которые могут работать на глубоководье, в России мало, – говорит начальник департамента по отношениям с инвесторами «Лукойла» Геннадий Красовский. – Когда мы начинали проект по добыче нефти на шельфе Балтийского моря, внутри компании был создан специальный департамент по проведению морских буровых работ. Мы самостоятельно готовили специалистов, и на это у нас ушли годы».

В ТНК-ВР, российские акционеры которой тоже проявили интерес к проекту в Арктике, комментировать кадровый вопрос не стали. Впрочем, на форуме «ТЭК России: курс на безопасность?», который проводился «Ведомостями» в конце октября, компания более охотно делилась проблемами. Сергей Давыдов, начальник отдела по работе с бизнес-персоналом по разведке и добыче ТНК-ВР, рассказывал тогда, что в компании велик спрос на разработчиков, буровиков, специалистов по ведению проектов и геологов в Западной Сибири – регионе, где расположены основные добывающие активы компании. Но из-за неразвитой инфраструктуры ехать туда люди не хотят, сетовал он. Давыдов также говорил, что компания с 2007 г. совместно с магистратурами Томского политехнического университета и Тюменского государственного нефтегазового университета готовят геологов и разработчиков, восполняя, таким образом, технические и технологические знания, которые по тем или иным причинам в вузах ранее не давались.

Запад поможет

«Низовой производственный персонал в необходимом количестве «Роснефть» и BP наверняка смогут найти в России, а вот средний и высший будет комбинированным: примерно 60% – из России, остальные из-за рубежа», – уверен Михаил Жуков, генеральный директор компании HeadHunter. По его мнению, особый интерес будут представлять российские специалисты, которые сейчас работают на западные компании за пределами страны, обладают необходимыми компетенциями и потенциально готовы вернуться на родину.

Их будут переманивать в первую очередь не деньгами (намного больше платить им тут не смогут), а созданием комфортных условий для работы, плюс – патриотическими воззваниями, усмехается Жуков. Вероятнее всего, иностранцев будут приглашать на небольшой срок или на отдельные проекты для передачи опыта российским менеджерам, продолжает он: «Думаю, больше всего денег уйдет именно на специалистов, тогда как на менеджменте будут экономить. Шаг вполне оправданный – наши менеджеры готовы управлять масштабными и сложными проектами».

При разработке месторождений на арктическом шельфе в первую очередь будет задействован инженерно-технический персонал, комментирует Екатерина Васюхно, эксперт департамента по подбору персонала кадровой корпорации Manpower. То есть специалисты в морской добыче, обустройстве береговой инфраструктуры, в строительстве завода по производству сжиженного природного газа (СПГ), в терминалах по отгрузке СПГ, в судах по перевозке СПГ и в технологическом флоте. Немаловажная роль в проекте будет также отведена специалистам по охране окружающей среды, охране труда и технике безопасности, перечисляет Васюхно.

По ее мнению, на данный момент российский рынок труда испытывает дефицит специалистов, связанных с шельфовой добычей нефти и газа. «Как правило, эти люди получили опыт в освоении и разработке месторождений на шельфах Севера, Дальнего Востока и Каспия, их зарплата может варьироваться от $2000 до $15 000 в месяц», – отмечает эксперт.

«Если российский рынок не готов, то всегда есть зарубежные подрядчики», – оптимистичен Константин Юминов, аналитик Rye, Man & Gor Securities. Вопрос в мобильности персонала, по его мнению, остро стоять тоже не будет, так как инвестиции заявлены большие ($1 млрд в разведку за счет ВР).

Научить и получить

Самые лучшие российские кадры уже трудоустроены, а «транспортировать» технический персонал из-за рубежа будет трудно, делится соображениями генеральный директор «Экопси консалтинга» Павел Безручко. Свободные кадры на рынке есть, вопрос в том, достаточно ли их и какой они квалификации, подчеркивает он: «Придется много времени и средств вкладывать в их переподготовку. Не стоит также забывать, что речь идет о специфическом оборудовании, которое сложно изучить в российских вузах».

«У нас есть две кафедры, которые готовят соответствующих специалистов, вопрос в том, сколько их выпускать, ведь проектов по шельфовой добыче в России до сих пор не так много, молодые люди потом оказываются невостребованными и уходят работать в зарубежные компании», – рассказывает Виктор Мартынов, ректор РГУ нефти и газа им. И. М. Губкина.

Он отмечает, что, например, на кафедру освоения морских нефтегазовых месторождений набирают не больше 15 человек в год, в то время как на другие кафедры поступает 25–30 человек. «Студентам не хватает практики – кроме того что мало самих проектов, на морские буровые в принципе допускают ограниченное количество людей, – сетует ректор. – Возможно, после того как будет создано совместное предприятие – а у ВР «морской» масштаб гораздо шире, чем у нас, – у вузов наконец появится возможность более качественной подготовки студентов».

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more