Какой доход может принести экологический консалтинг

Алан Райдер мог стать профессором философии, но сделал философский выбор: заработал миллионы на экологическом консалтинге
Авторитет в сфере оценки экологического ущерба, наносимого окружающей среде деятельностью нефтегазовых компаний, Райдер заработал еще в 1980-х гг.
P.Weymouth / Bloomberg
Чистый оборот. 60

млн фунтов стерлингов ($93,07 млн) – таков теперь годовой оборот RSK, международной компании, в которой работает 836 человек в разных странах мира. Акциями RSK владеет в общей сложности 110 человек. Это директора, а также нынешние или бывшие работники компании.

За свою карьеру Алану Райдеру не раз приходилось решать сложные проблемы. Но он никогда думал, что однажды ему придется возить песок в Ирак. Три контейнера с песком, собранным на пляжах Великобритании, отправились в Ирак еще до Рождества, потому что возить песок в эту страну оказалось дешевле, чем покупать там. «Нам нужны были песчинки определенного размера. Мы хотели поначалу купить песок на месте, но он был слишком дорогим», – признается Райдер.

Песок особого назначения

Песком будут наполнять фильтры новых нефтяных скважин для предотвращения попадания внутрь осадочных пород. Если песок слишком мелкий, его начнет вымывать из фильтра в скважину, поясняет предприниматель.

Подобные услуги сделали RSK, компанию, принадлежащую Райдеру, ведущим консалтинговым агентством по вопросам экологии и освоения окружающей среды в нефтегазовом секторе. И хотя RSK до сих пор остается компанией среднего размера, к ее советам прислушиваются нефтяники десятков стран, от Азербайджана до США. Это одна из историй успеха в британском бизнесе вне сектора финансовых услуг, где завязаны интересы британских политиков.

Компания была основана Райдером совместно с Бернардом Кенуорси, научным руководителем его кандидатской диссертации, которую он писал в 1989 г. в Абердинском университете. RSK была создана в тот момент, когда во многих странах бурно развивалось законодательство об охране окружающей среды и обсуждались проблемы возведения инфраструктуры в экстремально агрессивной внешней среде.

Компания, что называется, попала в струю. В ее обязанности входит: мониторинг состояния нефтяных и газовых скважин, очистка окружающей среды от загрязнения, возникшего вследствие работы скважины, и помощь в возведении инфраструктуры. С недавних пор RSK ведет еще и информационную работу с местным населением, объясняя, как бурение скважин скажется на экологии района.

Отобрали работу

Люди всегда противятся нововведениям, идет ли речь о возведении мусоросжигательного завода или прокладке железной дороги, и это вполне естественно, говорит Райдер. Его работа состоит в том, чтобы погасить раздражение противников проекта. Он организовывает соответствующие информационные мероприятия, измеряет и оценивает степень экологического ущерба и корректирует проект так, чтобы минимизировать негативные последствия воздействия на окружающую среду. В практике консалтинговых агентств, работающих в сфере экологии, этот процесс называет Nimbys (not in my back yard – только не у меня на задворках).

В cфере экологического консалтинга RSK конкурирует с компаниями куда большего размера, чем она. Это Atkins, MottmacDonald и Amec. «Двадцать лет мы строили RSK, отбирая работу у наших крупных конкурентов», – говорит не без гордости Райдер.

А ведь основатели компании начинали бизнес, днюя и ночуя в кондитерской в одной из сельскохозяйственных провинций на северо-западе Англии. Сейчас головной офис компании находится в здании бывшей фермы, как раз напротив той самой кондитерской в небольшом городке Хелсбай.

Райдеру 51 год. В нем до сих пор есть что-то от профессора философии. Хотя, похоже, он прекрасно себя чувствует в компании воротил нефтегазового бизнеса, над проектами которых работает.

«Я не ношу таких же ковбойских сапог, как они, – улыбается предприниматель. – Я не очень хороший спортсмен. В школе тоже не был круглым отличником, просто хорошо учился. А в бизнесе мне нравится добиваться успеха. В этом есть особый драйв».

Миллионер за рулем

Райдер – бумажный мультимиллионер. Но в повседневных привычках – воплощенная скромность: сам делает себе чай на кухне, сам водит Mercedes Е-класса с восьмилетним пробегом. «Все деньги всегда вкладывались в бизнес. Никогда значительные наличные средства не выводились из бюджета компании. Напротив, многое вкладывалось в этот бюджет из личного кармана. Я пришел в бизнес ни с чем, и сейчас у меня также ничего нет», – заявляет он. Когда-то Райдер даже продал свою самую первую машину, лишь бы увеличить сумму стартового капитала компании.

Но справедливости ради надо заметить, что этот человек, у которого «ничего нет», на самом деле держит под собой более трети всего бизнеса и каждый день контролирует все в нем происходящее.

Правда, сейчас он уже не претендует на знание всех деталей. RSK стала слишком большой компанией, и теперь Райдер полагается до известной степени на своих коллег, например на Кэролайна Чарльза, который возглавляет международное подразделение компании по изучению влияния нефтегазовых проектов на экологию.

По мнению Райдера, секрет успеха RSK в ее полной независимости. Правда, Райдер ищет сейчас инвестора, который мог бы вложить в компанию 10 млн фунтов стерлингов ($15,5 млн). Но это должен быть долгосрочный партнер – например, богатая семья, а не фонд прямых инвестиций, который наверняка захочет быстрого возврата вложенных средств.

Сейчас у RSK несколько контрактов в Ираке. Райдер уже трижды туда ездил, чтобы сформировать собственное мнение о методах работы в этой стране. В последний раз он провел интервью с местными кандидатами и нанял восемь человек. «Пришлось провести собеседование со всеми выпускниками геологического факультета Университета Басры», – жалуется он.

Свой авторитет в сфере оценки экологического ущерба, наносимого окружающей среде деятельностью нефтегазовых компаний, Райдер заработал еще в 1980-х гг., когда оценивал нефтяные проекты в Абердине. Тогда Shell попросила его подключиться к работе над ее нефтепроводом, идущим от Гранджмаута в Шотландии к НПЗ в Стэнлоу на северо-западе Великобритании.

За контрактом с Shell последовали другие подобные контракты. И в 1994 г. RSK впервые вышла за пределы Великобритании, получив заказ от BP в Азербайджане.

Сотрудничество с крупными компаниями способствовало быстрой экспансии бизнеса. К марту 2008 г. годовой оборот компании составлял уже 63 млн фунтов стерлингов ($97,6 млн). Но тут грянул кризис. К 2011 г. оборот упал до 55 млн фунтов стерлингов ($85,3 млн), а убытки составили более 10 млн фунтов стерлингов ($15,5 млн). Количество штатных сотрудников сократилось с 850 до 730 человек, а зарплаты упали на 5%. Несмотря на все это, сотрудники компании вложили в акции более 2,8 млн фунтов стерлингов ($4,3 млн) личных денег и обеспечили компанию оборотными средствами.

Райдер иногда называет RSK семейной компанией. Под этим он подразумевает то, что ею владеют наравне и основатели, и работники. Своим детям он передавать бизнес не планирует. И часто говорит: «Я не собираюсь еще на пенсию. Мой отец, например, работал до 80 лет».

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать