Статья опубликована в № 3766 от 06.02.2015 под заголовком: Как флора и фауна Подмосковья влияют на затраты энергетических компаний? Ответ на этот и многие другие странные вопросы ищут и находят системы, которые разрабатывает Data+ Алексея Ушакова

$4 млн. заработал Алексей Ушаков за год на геоинформационных данных

Бизнесмен понял, что системы анализа пространственных данных могут пригодиться не только ученым
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание
Геоинформационные системы меняют ведение бизнеса, уверен Ушаков
Д. Абрамов / Ведомости

В IT-бизнес ученого-гляциолога Алексея Ушакова, трудившегося в Институте географии АН СССР, привел научный интерес. Изучавшему снега и льды Ушакову надо было привязать к заложенной в памяти компьютера электронной карте множество географических объектов и разнородных сведений о них и их окружении - делать такое, как выяснилось, позволяли компьютерные программы американской компании Esri. В конце 1980-х гг. Ушаков ознакомился сначала с ее продукцией, а затем состоялось знакомство и с основателем Esri Джеком Дэнджермондом. После этой встречи Ушаков решил, что системы анализа пространственных данных (геоинформационные системы, или просто ГИС) могут пригодиться не только ученым. «Сам Дэнджермонд, к примеру, начинал как ландшафтный дизайнер, - рассказывает Ушаков. - А проектировать сады и парки на компьютере значительно проще, накладывая на их планы самые разные ландшафтные слои: данные о водных ресурсах, растительности, рельефе и т. п.».

Убытки на старте

Несмотря на кажущуюся простоту идеи и привлекательность новой технологии, свое дело на первых порах давалось Ушакову со товарищи мучительно. В 1992 г. Esri и Институт географии создали совместное предприятие по продаже ГИС (по воспоминаниям Ушакова, стартовый капитал проекта составил около $15 000). Будущий совладелец и гендиректор Data+, научившийся к тому времени сносно обращаться с компьютерами, оказался там кем-то вроде системного администратора. «Едва ли не первый заказ совместное предприятие получило от материнской Esri - надо было сделать электронный атлас «Наша Земля», предназначенный для образовательных учреждений, - вспоминает Ушаков. - Задача российской стороны состояла в том, чтобы нанести на электронную карту тематические слои: рельеф, растительность, данные о сейсмических процессах, социально-демографическую информацию. Субподрядчиками проекта выступали структуры Академии наук, МГУ. Бюджет по меркам того времени для российских ученых был просто бешеный - целых $75 000!» В итоге проект оказался убыточным. «Опыта бизнес-планирования тогда у нас не было никакого», - вспоминает Ушаков.

История СП на этом не закончилась. По мере того как опыт накапливался, бизнес постепенно шел в гору, а участие Института географии в нем сокращалось. В итоге в 1997 г. Ушаков и еще два менеджера компании, которая уже называлась Data+, выкупили у института его долю в уставном капитале. Доля института в совместном предприятии обошлась менеджерам примерно в $25 000, вспоминает Ушаков. Чтобы выкупить свою долю, он занимал деньги у родственников и знакомых.

Кризисные координаты

Сейчас Data+ занимается разработкой и внедрением ГИС в промышленном масштабе: по словам Ушакова, в 2014 г. выручка компании составила около $4 млн (рост к 2013 г. - примерно 40%). Впрочем, сравнение с 2013 г. несколько некорректно, поскольку этот год оказался неудачным для проектного бизнеса, подчеркивает он. В целом этот бизнес держится примерно на одном уровне в течение последних нескольких лет, рассказывает Ушаков. Около четверти этой суммы - заказы от крупнейших российских нефтегазовых компаний: «Газпрома», «Роснефти», «Лукойла» и др. Большая часть остальных доходов приходится на горнодобывающие компании, крупных грузоперевозчиков, госструктуры. В последнее время ГИС заинтересовались также крупные ритейлеры и банки, говорит Ушаков. По его оценке, внедрение ГИС базового уровня на предприятии среднего бизнеса, как правило, обходится в 3,5-5 млн руб.

В последние годы все больший спрос на ГИС наблюдается в ритейле, телекоммуникационной отрасли, энергетике, отмечает аналитик «Финама» Тимур Нигматуллин. По его словам, в 2014 г. рынок таких систем в России вырос примерно на 15% по сравнению с 2013 г. - до $2,1 млрд. Из них на услуги по внедрению (на них в основном и зарабатывает Data+) пришлось около $200 млн. Из-за сокращения бюджетов ГИС-проектов для госструктур рост этого сегмента в 2014 г. составил 5-10%, считает Нигматуллин. По итогам 2015 г. рынок ГИС в России из-за негативной экономической конъюнктуры может сократиться на 10-15%, предупреждает он.

Заместитель гендиректора Esri CIS Сергей Щербина оценивает рынок внедрения ГИС в России в $80-100 млн. Оценки сильно разнятся, поскольку единой методики подсчета не существует, объясняет он. По его словам, он принимает во внимание только рынок услуг, но многие добавляют к этому стоимость лицензий на программное обеспечение, геодезического оборудования и т. п. А учет дополнительных статей может изменить итоговую оценку в разы, говорит Щербина.

Невероятные картографические открытия

«ГИС позволяют приводить разнородные данные к общему географическому знаменателю и получать сведения, которые нельзя высчитать никак по-другому», - уверен Ушаков.

«Например, в одинаковых по численности населения, социально-демографическому составу и количеству банков на душу населения районах может стоять два одинаковых банкомата, но только один используется постоянно, а к другому никто не ходит, - приводит Ушаков пример такого анализа. - Если совместить банкоматы с картой города, то получится, что один из районов разделяет железная дорога без переходов и переездов - чтобы добраться до банкомата, ее надо обходить, что делает бессмысленными все другие плюсы его расположения».

Другой пример - прокладка в Подмосковье линий электропередачи (ЛЭП). Вроде бы нет ничего проще, чем провести ЛЭП из одной точки в другую над заросшим кустарником пустырем. «Но расчет с помощью ГИС показывает, что через несколько лет кусты могут превратиться в лес и придется прорубать просеку», - рассказывает Щербина. Еще более критичны подобные расчеты, например, при прокладке магистральных газопроводов, отмечает он. Разработчикам надо знать мельчайшие детали рельефа: даже очень маленький «неправильный» уклон на местности может вылиться в миллионы долларов дополнительных расходов.

Ушаков и Щербина не называют конкретных банков и энергетических компаний, в которых они внедряют ГИС. Американский Bank of America, использующий аналогичные инструменты, ежегодно экономит до $800 млн, закрывая неперспективные отделения и открывая новые с учетом пространственного анализа, уверяет Ушаков.

Данные оптом и в розницу

Аналитические ГИС бессмысленны без исходных данных, наполняющих карты содержимым, говорит Ушаков. А с ними в России, по его словам, проблемы. В США и Европе разработчики ГИС берут их из информационных систем правительственных и коммерческих организаций, но в России, к примеру, до сих пор секретны топографические карты масштаба 1:25 000 и 1:50 000, наиболее востребованные потребителями, объясняет он. К секретности добавляется неточность. «Например, если вы ищете место для продовольственного магазина, вам важны данные о демографии района, доходах населения, его перемещениях. Профильные госструктуры знают их в Москве с точностью до муниципального округа, а детальные данные закопаны неизвестно где», - сетует бизнесмен.

Не надеясь на чиновников, Data+ и Esri CIS решили собирать пространственные данные сами - в 2015 г. они планируют открыть в России то, что Ушаков пока условно называет «магазином данных». Смысл в том, что компании и организации, располагающие той или иной информацией с географической привязкой, смогут делиться ею с нами, обещает Ушаков. Те, кому для разработки бизнес-планов нужны географические данные, смогут покупать их у поставщиков в «магазине».

Проблемы с секретностью по-прежнему остаются одним из главных факторов, ограничивающих развитие рынка ГИС и картографии в России, согласна соучредитель компании «Сканэкс» и основатель некоммерческого партнерства «Прозрачный мир» Ольга Гершензон. «Конечно, обеспечение безопасности и обороноспособности чрезвычайно важно, но иногда ограничения выглядят неоправданными, - уверена она. - Снимки доступнее не становятся, пользователи не могут полноценно использовать технологии, уже доступные во всем мире».

В России традиционно была очень сильная школа картографии, геодезии, геологии, других наук о Земле, говорит замдиректора Института географии РАН Ольга Соломатина. «В этом смысле ГИС являются тем мостиком, который превращает научное знание в практические инструменты, помогает использовать эти знания и модели в повседневной жизни, - отмечает она. - Географы, да и бизнес понимают это очень четко, но требуется также активная государственная политика в этой области по созданию и обновлению картографических данных, доступных информационных ресурсов, нормативному обеспечению».

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more