Фантомная нефть

(Третья статья в серии о скандале вокруг Управления делами президента) В недавнем интервью радиостанции "Эхо Москвы"начальник Управления делами президента Павел Бородин назвал общую сумму расходов на реконструкцию Большого Кремлевского дворца.

"Вот мы закончили сейчас работу по БКД - это Андреевский, Александровский, Георгиевский залы, переговорные залы, - подробно отчитывался Бородин. - Общая площадь этого объекта - 31 000 кв. м, в том числе 20 000 кв. м дворцовых помещений. Кроме того, хладоцентр, теплоцентр, огромный ресторанный комплекс, четыре коллектора под Москвой. Российские налогоплательщики выделили на эту реконструкцию $300 млн".

Далее Бородин сравнивает эти работы с менее масштабными в американском Белом доме, на которые "американские налогоплательщики выделили [те же]$300 млн".

Бородин, таким образом, не только точно зафиксировал истраченную на реконструкцию БКД сумму - $300 млн, но и назвал источник ее поступления: карманы налогоплательщиков.

В свете этих высказываний трудно понять, куда ушли более значительные средства, которые привлекались под программу реконструкции Большого Кремлевского дворца с участием частных компаний. Одной только нефти за три года - с 1995 по 1998 г. было экспортировано в рамках этой программы больше чем на $700 млн. А ведь были еще и кредиты иностранных банков, гарантированные Минфином, и,возможно, прямое государственное финансирование.

В первоначальной редакции Указа президента "О восстановлении исторического облика Большого Кремлевского дворца", увидевшей свет в августе 1994 г., речь идет о "лимитах государственных капитальных вложений и финансовых ресурсов", которые должны были быть перечислены на спецсчета Главного управления охраны, первоначального генерального заказчика.

Впоследствии об этих "лимитах"никто уже и не вспоминал, и проследить, были ли они выделены и в каком объеме, не представляется возможным. Зато в 1995 г. компании "Международное экономическое сотрудничество"было разрешено экспортировать нефть для финансирования программы реконструкции. К тому времени генеральным заказчиком стало Управление делами.

В конце 1995 г. Бородин обратился с письмом к премьер-министру Виктору Черномырдину: "В связи с необходимостью осуществления Управлением делами президента Российской Федерации ряда программ реконструкции объектов Московского Кремля Управление делами президента РФ совместно с АО "Международное экономическое сотрудничество" (АО "МЭС") реализует Распоряжение правительства Российской Федерации от 15 мая 1995 г.N635-р, осуществляя экспорт 2 млн т нефти с последующим перечислением прибыли на финансирование вышеупомянутой программы... " МЭС за 1995 г. экспортировало лишь 1,3 млн т нефти, а не 2 млн, и по существовавшим тогда правилам фирма должна была быть лишена статуса спецэкспортера.

Но вместо этого Бородин в своем письме попросил Черномырдина увеличить фирме МЭС экспортную квоту на 4,5 млн т, мотивируя свою просьбу тем, что этой компанией "отработана и успешно реализуется схема экспортных поставок нефти, позволяющая с наибольшей эффективностью формировать инвестиционный фонд для финансирования данной программы".

Черномырдин откликнулся на просьбу кремлевского завхоза и квоту увеличил. В результате, хотя с 1996 г. доступ к экспортной трубе официально остался только у нефтедобывающих компаний, АО "МЭС"сохранило свой статус спецэкспортера и продолжало качать нефть до 1998 г. Об этом свидетельствуют таможенные документы. За 10 месяцев прошлого года МЭС экспортировало последние 440 000 т "в порядке переуступки экспортных квот"компаний "ЛУКОЙЛ"и "Печоранефтегаз".

Конъюнктура на мировом нефтяном рынке за последние годы часто менялась, но, если считать по усредненной цене $15 за баррель, выручка МЭС от продажи нефти, вывезенной под программу реконструкции БКД, составила по меньшей мере около $720 млн.

И тем не менее Бородин в интервью французской газете Le Monde весной этого года отрицал всякую связь компании МЭС с реконструкцией дворца.

"Это вообще просто финансовое обеспечение федеральных органов власти. То есть это не реконструкция... непосредственно Кремля... То есть просто финансовое обеспечение. Он [глава МЭС Виталий Кириллов. - В. И.]никакого отношения к ней [реконструкции] не имел... Он просто поставлял финансы для Минфина... " - путано объяснял Бородин.

Он также заявил Le Monde, что еще летом 1998 г. подал против МЭС иск в Арбитражный суд, требуя "репатриации"средств, вырученных за нефть. Суда с тех пор так и не было.

В Управлении делами, однако, и теперь не отрицают, что на реконструкцию БКД привлекались небюджетные средства в виде кредита от иностранных банков.

Согласно Указу Ельцина в редакции 1996 г. "О восстановлении исторического облика Большого Кремлевского дворца", сумма кредита, который Управлению делами разрешили взять у "финансовокредитных организаций Великобритании и Швейцарии", должна была составить $312 млн.

Следующий пункт указывает правительству обеспечить привлечение кредита под гарантию Министерства финансов.

Кредит привлек Межпромбанк, правда, не в Британии или Швейцарии, а у азиатских банков. Если верить представителю Межпромбанка Денису Смирнову, кредит был довольно дорогим.

Если учесть, что с репатриацией выручки МЭС у Бородина возникли проблемы, а кредит гарантировался Минфином, можно понять слова главы Управления делами о том, что реконструкцию БКД финансировали налогоплательщики.

Что касается участия МЭС, которому, напомним, Бородин просил Черномырдина увеличить экспортные квоты, в программе реконструкции БКД, то об этом свидетельствуют два правительственных распоряжения - N635-р от 15 мая 1995 г. и N51-р от 16 января 1996 г.

Но ни одного из них вы не найдете в официальных архивах.

По просьбе газеты "Ведомости"этим занялся профессионал, который работает с одним из таких архивов, поддерживая непосредственную связь с аппаратом правительства. Он не нашел этих распоряжений. Есть множество ссылок на них в таможенных приказах и официальных письмах руководителей ГТК по поводу разного рода налоговых освобождений для подрядчиков, участвовавших в реконструкции. Но самих распоряжений нет. Они никогда не публиковались. Более того, эти распоряжения никогда не присылались фельдъегерской почтой в соответствующую службу "Российской газеты", где публикуются такие документы.

"Такое - в первый раз за все время, что я работаю", - растерянно объяснил эксперт.