Мастер комфорта не умеет отдыхать
– Приверженцем какого стиля вы себя считаете?
– Определить направление, в котором я работаю, крайне сложно. Например, существует стиль Готье, Версаче или Кастельбажака. Каждый из них чем-то характерен, с чем-то ассоциируется. Но нет стиля Паскаля Мурга. Для того чтобы создать современный предмет мебели, я наблюдаю за современными людьми. Это звучит слишком просто, но более верного метода я не знаю.
Если проследить за тем, как люди одеваются, как разговаривают по телефону, в каком темпе передвигаются и что читают в метро, становится более-менее ясно, в какой обстановке им будет комфортно жить и отдыхать. Конечно, каждый человек индивидуален, но есть определенные стереотипы. Именно из них складывается представление о современном образе жизни.
Сегодняшняя тяга людей к простоте и минимализму продиктована самим течением повседневности. Быстрая сменяемость впечатлений, ускоренный процесс восприятия информации, компьютерное мышление… Все окружающее выглядит временным и схематичным. Поэтому идея должна быть выражена просто и внятно, без лишних нагромождений. Мебель и предметы обстановки должны одновременно создавать образ и эстетику жилья и в то же время быть как бы на вторых ролях. Мебель должна оставлять место и воздух самому человеку, который сегодня и так раздавлен ритмом нашего времени.
– Согласны ли вы с тем, что чем проще модель по форме, тем сложнее должно быть ее содержание, ее идея. Что наполняет ваши работы?
– Действительно, труднее всего добиться той самой простоты, которая не имеет ничего общего с примитивом. Тут главное – максимально честно выразить себя. Этим правилом я руководствуюсь во всем. Помимо дизайна мебели я занимаюсь живописью, скульптурой, поэзией, много путешествую, общаюсь с людьми. Для меня нет главного дела и второстепенного, все одинаково важно, каждая область наполняет другую. Мне часто приписывают какую-то особую философию мебели, на самом же деле я просто выражаю свои чувства.
– Ваша мебель хорошо продается. Коммерческий успех случаен или вы умеете его предугадывать?
– Об успехе, как правило, не думаешь. В момент рождения идеи волнуют другие вещи. Важнее всего решить, соответствует ли предмет данному времени и возможно ли его техническое исполнение. Если удается совместить эти два компонента, то продукт можно запускать в производство. Успех – понятие условное. Например, мебель под маркой крупной и известной компании, такой, например, как Ligne Roset, будет раскупаться за счет своего фирменного знака. Но бывают случаи уникальные, когда предмет начинает пользоваться бешеной популярностью во всех странах мира и у самых разных людей. Подобный успех рассчитать и спрогнозировать невозможно. Это судьба.
– Расскажите, как рождались такие модели?
– Самым продаваемым предметом из всех моих разработок является кресло Calin. Идея создания этой модели пришла внезапно. Однажды на заводе в Бриоре Мишель Розе (глава компании Ligne Roset) попросил меня создать новое удобное кресло. Ему было нужно некое воплощение современного комфорта, что-то очень притягательное и вместе с тем неизбитое. Задача была не из легких, я размышлял над ней весь день и под конец, изрядно устав, спросил себя: какая первая мысль приходит в голову при слове “комфорт”?
Ответ оказался простым: мне представилась большая и мягкая подушка. Так возник первоначальный замысел. Впоследствии он дополнился необходимыми деталями и сформировался в предмет мебели, нашумевший во всем мире. Свою роль здесь сыграла не только сама форма, но и технология. Эта вещь удобна, непритязательна, за ней легко ухаживать. Кроме того, модель имеет удачное название, отразившее концепцию дизайна (Calin в переводе “нежность”). Мне это кажется важным, так как подлинная гармония состоит из мелочей.
– Вы создаете мебель для отдыха. Как отдыхаете вы сами?
– Я не отдыхаю. Никогда. Бывают случаи, когда я могу не спать трое суток, почти не есть и работать. В этом основной принцип любого творчества. Художник не располагает своим временем так, как это делают люди других профессий. Он привык к мысли, что нельзя терять ни минуты. Если есть идея, ее необходимо выразить сейчас во что бы то ни стало. С годами отношение ко времени тоже меняется.
Я, например, испытываю определенный страх перед отдыхом. Отдых для меня означает творческий застой. Самое естественное для меня состояние – рабочий процесс. Когда замыслов больше, чем времени на их исполнение, я чувствую себя на вершине успеха.
– Ваша живописная экспозиция названа “Интимные маски” [выставка в Москве проходит с 3 по 18 декабря]. Что вы подразумевали под этим названием?
– Пятнадцать картин, которые я привез в Москву, демонстрируются мной впервые. На создание этой серии у меня ушло два месяца, было сделано около 200 эскизов. Работы посвящены теме рекламы, ее влиянию на наше представление о красоте. Что касается названия, то я могу расшифровать его очень просто. Слово “маски” я использовал исключительно для привлечения внимания публики, а “интимность” отражает мое отношение к творчеству вообще.