Уговор дороже денег

Основными владельцами сливающихся компаний являются РАО “ЕЭС России” и группа “Сибирский алюминий” Олега Дерипаски. Большинство аналитиков пока считают маловероятными недружественные действия Дерипаски по отношению к “главному энергетику” Анатолию Чубайсу. Однако Андрей Руденко из Morgan Stanley Dean Witter отмечает, что “предоставленной информации об условиях объединения и партнерах совершенно недостаточно для определения их привлекательности и надежности”.

По оценке независимого эксперта, привлеченного Мингосимуществом, экономическая выгода от создания АО “Энергометаллургическое объединение” (ЭМО) для РАО ЕЭС бесспорна, однако интересы РАО как акционера в сегодняшней редакции устава ЭМО защищены недостаточно. А жизнь крупной компании, если она не является “однодневкой”, должна строиться все-таки не на личных отношениях, а на учредительных документах.

Эти документы, в том числе устав ЭМО, были приняты 30 ноября совместным собранием акционеров Саяно-Шушенской ГЭС и “Объединенной компании “Сибирский алюминий”. Хотя само ЭМО еще не зарегистрировано, акционеры уже избрали совет директоров будущей компании, по четыре места в котором досталось представителям РАО и “Сибирского алюминия”. Девятый голос акционеры отдали губернатору Хакасии Алексею Лебедю.

Как и в других акционерных обществах, в ЭМО именно совет директоров вправе решать важнейшие вопросы: созывать собрание акционеров, назначать генерального директора и членов правления, устанавливать максимальный размер выплаты дивидендов, в конце концов – одобрять крупные сделки с имуществом. Между тем по уставу ЭМО решение совета будет законным, даже если на нем присутствовали пять человек из девяти и большинство из них проголосовали “за”. То есть в определенных обстоятельствах, как, например, эпидемия гриппа или нелетная погода, важнейшие для ЭМО решения могут принять трое директоров. И если они, к примеру, вздумают продать кому-либо Саяно-Шушенскую ГЭС или Самарский металлургический завод, оспорить это в суде потом будет невозможно – все сделано точно по уставу. Система, надо сказать, получается гибкая. Достаточно кому-то из директоров накануне заседания совета заболеть, а Лебедю – улететь куда-нибудь по губернаторским делам, как одна из групп акционеров получает полное право решать судьбу всей компании.

Однако начальник департамента корпоративных сделок РАО ЕЭС Александр Старченко считает, что такая система принятия решений даже выгодна РАО, не имеющему в совете директоров ЭМО простого большинства. По его мнению, интересы энергосистемы вполне может обеспечить заместитель гендиректора ЭМО по Саяно-Шушенской ГЭС, которого согласно уставу назначают только по представлению энергокомпании.

“РАО интересует не управление алюминиевым заводом, а возможность косвенно экспортировать электроэнергию [через экспорт алюминия]”, — сказал Старченко. Гарантированный доход от этой деятельности в $50 млн РАО рассчитывает получать в виде годового дивиденда, как определено в специальном договоре между РАО ЕЭС и группой “Сибирский алюминий”. Старченко уверяет, что договор рассчитан на длительный срок и ни одной из сторон не выгодно будет его разрывать. Между тем по законодательству компания не имеет права выплачивать дивиденды, например, в случае отсутствия у нее чистой прибыли. И ЭМО от этого тоже не застраховано.

Это, впрочем, мелочи. Интереснее, что долю РАО в капитале ЭМО можно размыть. По уставу размещение дополнительной эмиссии акций ЭМО по закрытой подписке должны одобрить 2/3 акционеров. Может ли РАО в случае необходимости заблокировать это предложение? Может, считает Старченко, поскольку энергокомпании принадлежит 33,34% голосов, т. е. больше блокирующего пакета. Однако, по данным из договора о слиянии, у РАО получается 33,304 %, т. е. чуть-чуть меньше трети. К такому же выводу пришел и директор ЗАО “Гамма-Капитал” Сергей Баев, который проводил независимую экспертизу проекта по созданию ЭМО для Мингосимущества. Это положение устава не противоречит закону, но Баев в своем отчете предлагает подстраховаться и установить порог для решения об эмиссии на уровне 3/4 голосов (как это установлено в уставе РАО ЕЭС). Дело в том, что Олег Дерипаска является большим специалистом по эмиссиям, и именно выпуск дополнительных акций, размещенных по закрытой подписке, помог ему в свое время вытеснить с Саянского алюминиевого завода непобедимую Trans World Group. Что мешает “Сибирскому алюминию” применить аналогичную схему и к ЭМО? Что угодно, но только не устав Энергометаллургического объединения.

Между тем представители Trans World Group недавно успешно оспорили разводнение капитала СаАЗа, и юристы группы намерены добиться отмены всех крупных сделок, заключенных СаАЗом после этой эмиссии, – в том числе и передачи производственных активов завода в капитал ЭМО. Но руководителей РАО ЕЭС это пока не тревожит. “Наши юристы пришли к выводу, что в этой ситуации интересы ЭМО в достаточной степени защищены. И, я думаю, мы будем продолжать объединяться”, — заверил Старченко.