Без крайностей
По мнению Путина, предлагаемая им “десятилетка прорыва” не станет калькой “среднесрочных программ экономического развития”, писавшихся командой Евгения Ясина во времена кабинетов Виктора Черномырдина и Сергея Кириенко. Во-первых, проект организован на неправительственной основе, хотя и при участии ведущих министров. Во-вторых, фонд будет доступен буквально для всех научных изысканий, превратится, по словам Путина, “в открытый интеллектуальный клуб”. В-третьих, продукт деятельности фонда станет максимально прозрачным для общества.
Как создать национальную стратегию, когда нацию раздирают противоречия? Как скрестить государственный дирижизм Сергея Глазьева и “либерализм без берегов” Андрея Илларионова? Эти вопросы корреспондента “Ведомостей” оторвали Владимира Путина от бокала шампанского и бутерброда. Премьер приехал вчера на презентацию центра “Фонд стратегии развития России”, которому правительство доверило написать стратегию страны на 10 лет вперед.
Путин не случайно выкроил час в своем графике, чтобы выступить в уютном зале на Якиманке. “Он действительно хочет понять, куда двигаться стране, – сказал пресс-секретарь премьера Михаил Кожухов. – Поручив готовить стратегию, он теперь будет тормошить всех и проверять, что уже сделано”. Сам Путин убежден: при подготовке стратегии могут высказываться и сталкиваться самые полярные точки зрения и позиции, но в конечном варианте крайности должны быть отсечены. “Граждане примут стратегию, если она будет отвечать интересам большинства”, – сказал он “Ведомостям”.
Министр экономики Андрей Шаповальянц сказал “Ведомостям”, что очень важно в работе над стратегией создать набор ограничений. К примеру, внешний долг – один из ключевых факторов при расчетах экономической стратегии. Если удастся договориться с внешними кредиторами о списании, скажем, 70% советского долга – это один сценарий; если же в год надо выплачивать $15–17 млрд – это совсем другая песня.
Путин согласился, что некая усредненная модель развития всегда внутренне неустойчива, а потому обречена на разрушение. Поэтому, на его взгляд, следует предложить обществу несколько сценариев развития и стратегию, соответствующую каждому из них. У премьера пока нет ответа, каким образом страна должна сделать выбор – всенародным референдумом или на уровне здравого смысла самого “заказчика”.
Складывается впечатление, что сегодня ни у кого нет ответов на многие вопросы о будущей стратегии России. И на вооружение принят наполеоновский принцип: “Ввяжемся в бой, а там посмотрим”.