Изолировать "реформаторов"
Широко распространено мнение, что Григорий Явлинский - единственный кандидат, у которого есть стройная, четкая, всеобъемлющая экономическая программа.
Строго говоря, нельзя отрицать наличия у Григория Алексеевича отдельных здравых идей, однако ни о какой всеобъемлющей программе не может быть и речи, тем более о "либеральной". Идеологические взгляды Явлинского претерпели мало изменений со времени "500 дней", именно отсюда неукротимая тяга к морализаторству в ущерб логике. Если уж говорить о четкой экономической программе, то скорее на этот раз ее можно обнаружить у Зюганова - потому что это программа Глазьева. Это, как всегда у Глазьева, программа казенно-технократической модернизации. Это концепция стройная и цельная, и притом крайне вредная, несмотря на свою реальную неисполнимость. В первую очередь потому, что отдельные соблазны этой концепции постоянно перекочевывают в практические мероприятия действующей власти.
Что касается главного кандидата. Имеющий уши давно бы мог услышать. Не только в публичных выступлениях, но и просто в обращении Путина к избирателям, наклеенном чуть ли не на каждом столбе, достаточно ясно отражена совершенно определенная экономическая идеология: "Прекратить необоснованное вмешательство власти в рынок". Собственно, это вполне исчерпывающая задача.
(Можно сколько угодно говорить о структурном кризисе, но есть конкретный факт: производительность труда в промышленности за время "реформ" снизилась вдвое.
Это с учетом выбытия огромного количества неэффективных производств. Это приговор реформам, свидетельствующий о том, что в экономике России практически не действуют механизмы конкуренции и отсутствует свободное движение капитала, за исключением движения вон.) При этом имеется известный Центр разработки путинских программ имени Германа Грефа. Работа этого учреждения в части экономической стратегии очень напоминает все предыдущие Волынские, Сосны и Сосенки. Та же эклектика с уклоном в разной степени в нормативный школьный либерализм. И публика, собственно, та же, с учетом того, что за десять лет экономического стратегирования подросло уже второе поколение профессиональных стратегов. На самом деле все это во всяком случае не хуже того, что создавали разные группы реформаторов, включая "молодых". И вряд ли многим лучше. Лучше может быть одно: впервые мы можем получить власть, у которой хватит воли действительно прекратить вмешиваться в дела рынка.
При этом содержательное наполнение результатов деятельности центра в выработке собственно экономической стратегии не имеет такого уж большого значения.
Это вообще не их задача. На самом деле наши "реформаторы", периодически выбрасываемые из верхних эшелонов власти, всегда уверенно заявляли: мол, ничего, мы еще вернемся. На самом деле никакого смысла в их возвращении нет. Они больше не являются эксклюзивными носителями знания о том, как должен быть устроен рынок. Сегодня в аппарате Минфина или ЦБ, в руководстве любой крупной корпорации есть десятки людей, гораздо адекватнее понимающие современную рыночную экономику. Чем дальше общественно полезная деятельность реформаторов будет от реальной экономической практики, тем лучше и для экономики, и для самих реформаторов.