"Нефть буду добывать для души"
- Семен Михайлович, почему у вас сложились такие разные взаимоотношения с нефтяными компаниями? С "ЛУКОЙЛом", "Сургутнефтегазом" и "Роснефтью" у вас постоянно возникают разногласия. То эти компании недовольны были введенной вами предоплатой, то "ЛУКОЙЛу" суды запрещают экспортировать нефть. При этом вы мирно уживаетесь с ТНК, "Сибнефтью" и "ЮКОСом". - У нас прекрасные взаимоотношения и с "Сургутнефтегазом", и с "Роснефтью". И мы уже давно не встречаемся с ними ни в каких судах, все вопросы решаем тихо и мирно. К сожалению, есть непонимание со стороны "ЛУКОЙЛа". Я считаю, это временно и сближение позиций обязательно произойдет. - Но пока до сближения позиций далеко. Сначала по иску акционера "ЛУКОЙЛа" Ирины Егоровой суд запретил "Транснефти" отгружать нефть "ЛУКОЙЛа" на экспорт. После отмены этого судебного решения "ЛУКОЙЛ" также обратился в суд, решив взыскать с "Транснефти" ущерб за остановку экспорта в размере 128 руб. Такая сумма указывает, что нефтяная компания подозревает, что за Егоровой стояла "Транснефть"? - Одно могу сказать точно: будь это рука "Транснефти", она не ограничилась бы трехдневным ограничением по транспортировке лукойловской нефти. Мы очень последовательная компания, и, если бы нашей задачей было насолить "ЛУКОЙЛу", это был бы куда более длинный процесс. И мы были бы более жесткими.
Семен Вайншток: "Нефть буду добывать для души".
Глава монополии "Транснефть" Семен Вайншток называет себя нефтяником. Он не хочет, чтобы его компания занималась исключительно транспортом нефти. "Мы уже не просто сервисная компания, а полноправный партнер по бизнесу", - предупреждает он нефтяников. За время своего пребывания на посту главы монополии Семен Вайншток внес поправки в устав "Транснефти", разрешающие компании заниматься еще и добычей и переработкой нефти. С переработкой Семен Вайншток пока не спешит. Зато планы по добыче нефти начали воплощаться в жизнь. Компания образовала в ХМАО СП "Трансойл" для добычи нефти на Красноленинском месторождении. В дальнейших планах - ЯНАО, Астрахань и Коми. Впрочем, его клиенты-нефтяники не очень рады такому размаху.
- А может быть, просто была задача припугнуть "ЛУКОЙЛ"? И кто, по-вашему, мог за этим стоять? - Вопрос не по адресу. Я могу назвать 20 - 30 компаний, которые хотели бы это сделать. И потом, "ЛУКОЙЛ" не единичный случай. С "Варьеганнефтью" то же самое случалось. Но почему-то "ЛУКОЙЛ" вдруг всех заинтересовал. Масса случаев, когда решениями судов компаниям замораживают реализацию нефти. Мы по этому поводу обращались и в Верховный суд, и в Генпрокуратуру, и в правительство, чтобы положить конец этой вакханалии. Что касается последнего обращения "ЛУКОЙЛа" в суд о взыскании с "Транснефти" ущерба, то компания его благополучно проиграла. "ЛУКОЙЛ" - единственный, с кем у нас проблемы. - Почему? - Наверное, "ЛУКОЙЛу" не хватает нефти и у него очень тяжелое финансовое положение. (Смеется.) - Возникают ли у "Транснефти" проблемы с НПЗ, находящимися близко к границе? В 2000 г. "Сургутнефтегаз" под видом поставок на Киришский НПЗ часть нефти по внутреннему тарифу отправил на экспорт. - Нет, подобного больше никогда не случалось. - Недавно "Транснефть" экспортировала 200 000 т нефти, вытесненной из старых трубопроводов. Еще по 200 000 т излишков, которые "Транснефть" нашла в трубах, готовится решение правительства. Но нефтяники возмущены и считают, что вы не можете экспортировать нефть, которая "Транснефти" не принадлежит.
- Что касается первых 200 000 т нефти, то вырученные за нее $20 млн, как вы знаете, были отправлены на [сооружение] БТС. Это наша нефть, а не нефтяников. В советский период 100% нефти, добываемой компаниями, закупалось у добытчиков от имени государства - аналогом "Транснефти". А потом уже правительство распоряжалось, куда отправить. Есть старые трубы, которые уже выведены из эксплуатации, и оттуда мы извлекли 200 000 т нефти. Всего, по нашим подсчетам, в трубах находится около 27 млн т технологической нефти, которая еще осталась с советских времен. И вся она принадлежит "Транснефти". Г-н Алекперов пытался как-то мне доказать, что это нефть нефтяников. И я его спросил: "Уважаемый Вагит Юсуфович, вам "Транснефть" что-то должна? Мы вам что-то не заплатили? " Он мне говорит: "Нет". И вопрос был снят. - А еще 200 000 т нефти, которые "Транснефть" нашла в трубе после инвентаризации, - это тоже ваша нефть? Ведь эти излишки остались в результате технологических потерь. Может быть, справедливее было бы поделить эту нефть между нефтяными компаниями? - Правительство еще не приняло решения по этим излишкам. И потом, я что, закон нарушаю? Я провел инвентаризацию и выявил в трубе нефть - я согласно правилам бухгалтерского учета должен ее как-то оприходовать. Я вам объясню, откуда берется эта нефть. Просто у нефтяников плохо работают узлы учета нефти. Погрешность наших узлов учета - до третьего знака, а у многих нефтяников она еле дотягивает до второго. И потом, справедливо поделить эти излишки все равно не удастся. Вот у "ЛУКОЙЛа" прекрасные узлы учета, компания почти ничего не теряет при транспортировке. Этого не скажешь про мелкие нефтяные компании. Почему же ей должна доставаться часть излишков? Эти самые излишки получат те, у кого голос есть, - "ЮКОС", ТНК, "ЛУКОЙЛ". Повторяю, все то, что мы получаем от разности нашего учета и нефтяников, - это принадлежит по бухгалтерии "Транснефти". Пусть нефтяники приводят в порядок свои узлы учета. Понимаете, честные мы очень: пришли в правительство и заявили, что у нас нефть в трубе.
- Ваши планы идут еще дальше - вы стали добывающей компанией. Недавно вы создали СП "Трансойл" с "Красноленинскнефтегазгеологией" для добычи нефти на Красноленинском месторождении. Рядом участок, который собирается разрабатывать "Сибнефть-Югра". Не планируете ли вы объединить участки? И за счет чего вы будете финансировать проекты? - Ни с кем мы объединяться не собираемся. Мы хотим попробовать добывать самостоятельно. Пока рано говорить о каких-то конкретных объемах добычи - надо разобраться в геологических проблемах. Инвестировать мы собираемся за счет западных кредитов, которые надеемся привлечь. Переговоры с потенциальными кредиторами пока не ведутся.
- А в каких других регионах вы хотели бы добывать нефть? - Возможно, в Коми, Астрахани и ЯНАО. В Ямало-Ненецком округе, кстати, есть нефтяные месторождения, на некоторых "Сибнефть" работает. Мы будем рассматривать возможность участия в проектах по добыче нефти, где это не потребует от нас больших финансовых вложений. Мы на Красноленинское приходим с интеллектом, а не с деньгами. За лицензию мы не платим денег. Чтобы участвовать в тендере и купить лицензию, надо потратить $10 - 12 млн. У нас таких денег нет. Наша стратегия заключается в том, чтобы найти небольшое предприятие с лицензией, которое надо реанимировать.
- На экспорт компания может поставить только 30% добытой нефти. Куда вы собираетесь поставлять основную часть нефти? - На внутреннем рынке продадим. Тем же НПЗ.
- А может быть, вам стоит приобрести какой-нибудь НПЗ? Тем более что вы внесли поправки в устав, позволяющие вам заниматься и нефтепереработкой, и транспортировкой нефтепродуктов.
- Мы не будем заниматься нефтепереработкой. Мы просто привели устав в соответствие с законом о лицензировании.
- "Транснефть" занимается транспортировкой. Если она начнет добывать нефть, то у нее возникнет конфликт интересов. Например, она будет заинтересована прежде прокачать собственную нефть, а уж потом остальных компаний. - Не возникает никакого конфликта интересов. Мы очень законопослушны. Вы можете мне привести примеры предвзятого и непрозрачного поведения "Транснефти"? Если бы мы изначально вели себя нечестно, мы никогда сами бы не пришли в правительство с излишками. И потом нефтяники с лупой будут за нами следить. Я даже если очень захочу, то не смогу нарушить. Узлы учета опломбированы Госстандартом. И в конце концов добывать мы будем больше для души.
- А сколько вам "для души" надо? - Ну, 100 млн т, 300 млн т. Вот это уже для души. (Смеется.) Мы переломили ситуацию, когда "Транснефть" была обычной сервисной компанией "принеси-подай". Мы теперь с нефтяниками равноправные партнеры в бизнесе. Мы не обслуживающая компания и зарабатываем свои деньги. На подаяния я не живу.
- А какую вы планируете получить прибыль в этом году? - Прибыль будет увеличиваться. В 1999 г. чистая прибыль - 3,2 млрд руб., в 2000-м - 11 млрд руб., а в 2001-м, надеемся, более 13 млрд руб. То есть прибыль увеличится на 20%. При этом целый год уже не повышались тарифы на транспортировку.
- А за счет чего прибыль будет расти? - Мы на многом стали экономить. Например, раньше мы сами себе создавали внутрикорпоративную конкуренцию. Наши дочерние предприятия покупали оборудование децентрализованно, а сейчас вместо 10 участников на рынке мы оставили одного - торговый дом "Транснефть". Он занимается централизованными оптовыми закупками.
- А в связи с падением мировых цен вы собираетесь снижать тарифы на транспортировку? - Я категорически против какой-либо зависимости между ценой на нефть и тарифом на ее перекачку. Тариф должен повышаться. Но мы не будем просить ФЭК о повышении тарифов. Нефтяники сами нас об этом попросят.
- Каким образом? - Мы обратились к нефтяным компаниям и объяснили им, какие проблемы у них могут возникнуть с нашими проблемами. В конце прошлой недели я отправил в нефтяные компании письма и предложил нефтяникам инициировать повышение тарифа. В противном случае мы вынуждены будем выполнить регламент, который запрещает нам эксплуатировать трубу с дефектом. Вот у нас есть дефекты в трубах, а денег для их устранения нет. И мы предлагаем компаниям, пусть выступят с инициативой повысить тарифы, и это мне позволит устранить дефект. Или я перекрою нефть в трубе на этом участке. Всем компаниям тарифы будут повышены по-разному. Одной, к примеру, придется на 13% на три месяца, а кому-то - на 2,6% на два месяца.
- Новый министр энергетики Игорь Юсуфов сказал, что намерен забрать у "Транснефти" функции координатора экспорта нефти из большинства портов. Как вы к этому относитесь? - Если у Игоря Хануковича это получится лучше, чем делаем мы, то мы будем это приветствовать, лишь бы работало на благо. Когда мы взяли на себя функции координатора, мы только улучшили жизнь нефтяным компаниям. Мы подняли пропускную способность новороссийского экспорта с 31 млн т до 43 млн. До нас нефтяная компания могла простоять в порту несколько суток. - В начале 2002 г. БТС должна начать работать. Вопрос о тарифах решен? - Мы надеемся, что закончим строительство БТС в декабре и подсчитаем все свои расходы. Но в любом случае он будет более привлекательным, чем тариф на Вентспилс. - Подготовлено ли ТЭО трубопровода Харьяга - Уса в рамках этого проекта? - Проект завис. Это очень дорогостоящий проект - 143 км стоимостью $300 млн. И мы решили провести переговоры с нефтяными компаниями, так как сами поняли, что не потянем. Мы говорили с главным игроком на этом поле - "ЛУКОЙЛом". И он также был ошарашен высокой ценой - по их мнению, этот проект должен стоить $170 млн. Мы в конце сентября отдали этот проект на экспертизу "ЛУКОЙЛу" и пришли с предложением, что максимальная цена - $200 млн. Я предложил им заключить безотзывный контракт, где мы финансируем $250 млн, а "ЛУКОЙЛ" строит и остальное доплачивает сам. Но проект завис. Потому что если мы не будем иметь гарантии прокачки нефти по этому трубопроводу, то мы его строить не будем. - "Сибнефть" и "ЛУКОЙЛ", добывающие легкую сибирскую нефть, наращивают добычу, а те, которые добывают тяжелую, как "Башнефть", - ее снижают. Но почему-то качество смеси Urals в трубе не меняется. - Что, у нас есть две "Транснефти"? Мы что, легкую нефть прячем, а тяжелую выпячиваем? Мы лишь транспортируем то, что нам сдают. В отвратительном качестве консервов в вагоне железнодорожники не виноваты. То, что загрузили, то и получили. Смесь Urals, к вашему сведению, категорически ухудшается. Подобные идеи излагал "ЛУКОЙЛ" в прошлом году на встрече нефтяных компаний. Я решил поднять данные, сколько "ЛУКОЙЛ" в прошлом году сдал легкой нефти и сколько потом продал. И получилась обратная зависимость. Он продал больше, чем сдал. С районов Западной Сибири с 1999 по 2001 г. увеличение высокосернистой нефти составило 2 млн т. В то же время содержание серы в уральских нефтях с 2,5% увеличилось до 2,9% и высокосернистой нефти нам прибавилось 5 млн а 2 млн малосернистой убавилось.