За годы правления Александр Лукашенко оставил за собой выжженную землю – другого субъекта политики в Белоруссии не было. На прошлой неделе в Москве познакомились с Сергеем Сидорским, назначенным и. о. премьера три месяца назад. Он сразу взял быка за рога. Гомельский суд арестовал акции Мозырского НПЗ, принадлежащие “Славнефти”, а “ЛУКОЙЛу”, “ЮКОСу”, “Сибнефти” и “Славнефти” ограничили экспорт в Европу. Затем в Ялте Сидорский заявил Михаилу Касьянову (считается в России иноагентом), что участок трубопровода в Белоруссии не принадлежит более российскому предприятию “Запад-Транснефтепродукт”. Кабинет Сидорского подсчитал, что Россия выигрывает на транзите газа по белорусскому коридору по сравнению с украинским $360 млн, а введение рубля в республике ведет к потерям $2,1 млрд.
В Москве Сидорский, не смущаясь Касьянова, заявил, что без возмещения убытков рубль не найдет политических сторонников в Минске. Коренастый и уверенный в себе мужик, он здорово отличается от своего предшественника Новицкого, которого Касьянов обламывал как хотел.
Сидорский появился как воплощение другой политической тактики Минска. На собственность “Славнефти” наложил руку Гомельский хозяйственный суд. Тот самый, куда еще три года назад зампред облисполкома Сидорский послал иск об отмене госрегистрации в Белоруссии российской “дочки” “Транснефтепродукта”.
Став в 2001 г. вице-премьером, Сидорский первым делом поручил Высшему хозяйственному суду еще раз разобраться с российской лицензией на прокачку нефтепродуктов. Теперь он говорит, что это вопрос трактовки Бишкекского соглашения 1992 г. о правах на советскую собственность. Интересно, что Латвия и Казахстан, где действуют такие же “дочки” “Транснефтепродукта”, в искус национализации не впадают. Своей жесткостью Сидорский проводит водораздел между периодом компромиссов и маленьких хитростей ради списания долгов и дешевого газа. Сидорский пришел не для размена топлива на рубль. Он постарается разбить пакет прежних договоренностей, включая конституционный акт на локальные фрагменты политических отношений. И будет долго спорить по каждому в расчете получить совокупный выигрыш – в виде независимости от рубля и газотранспортного предприятия под контролем “Газпрома”. За это не жалко поступиться $150 млн за удорожание газа.