ИНТЕРВЬЮ: Илкка Салонен, председатель правления Международного московского банка

Российская банковская система на пороге болезненных перемен, вызванных выздоровлением отечественной экономики. Крупные российские банки - карлики по сравнению с транснациональными финансовыми гигантами, которые вот-вот окончательно замкнут на себя кредитование крупнейших отечественных корпораций. Небольшой по мировым меркам Международный московский банк рассчитывает выстоять в конкурентной борьбе, предложив "душевное" обслуживание клиентам, до которых еще долго не будет дела иностранным гигантам, - среднему бизнесу и физическим лицам, рассказал "Ведомостям" председатель правления ММБ Илкка Салонен.

- Вы работаете председателем правления ММБ с конца 1998 г. Насколько изменился инвестиционный климат в нашей стране за последние четыре года?

- В инвестиционном климате, мне кажется, многое изменилось к лучшему. Инвесторам нужны предсказуемость и ясность. Правила игры могут быть жесткими, главное - чтобы они были стабильны и не менялись задним числом. Без этого невозможно рассчитать и оценить отдачу от вложений. В этом плане все стало более прогнозируемым.

- Как вы оцениваете денежно-кредитную политику российских властей?

- В непростых условиях предыдущее и нынешнее руководство ЦБ вполне успешно проводило свою политику. Ситуация тяжелая, поскольку цена на нефть высока и в страну идет мощный поток валютной выручки. И если она выльется в экономику, это приведет к росту денежной массы, инфляции, валютного курса и повлияет на внешнюю стабильность страны. Мне кажется, что сейчас политика Центробанка достаточно сбалансированна.

- Вы имеете в виду, что ЦБ хорошо балансирует между укреплением рубля и инфляцией?

- Не знаю, что было бы с отечественными производителями, если бы ЦБ позволил доллару свободно падать под давлением валютной выручки. Любому центральному банку сложно управлять денежной массой (и тем самым регулировать валютный курс и инфляцию) , когда цены на экспортные товары растут, как это происходит в последнее время в России. Поддержанию стабильности способствует еще и достаточно продуманная финансовая политика правительства. Они не увлеклись расходованием денег и создали резервный фонд. Плюс бюджет все-таки профицитный.

Улучшение макроэкономической ситуации дало толчок экономике, и сейчас развивается не только ТЭК, но и предприятия, ориентированные на внутренний рынок. Об этом можно судить даже по росту доли внутренне ориентированных предприятий в кредитных портфелях банков. Например, в ММБ объем кредитов, выданных предприятиям пищевой промышленности в 2003 г. , вырос в два раза.

На текущий момент доля всей промышленности в кредитном портфеле банка составляет 54% , на транспорт приходится 10% , на торговлю - 8% , строительство - 3%.

- Чего вы ожидаете от власти - будущего президента и новой Думы - в ближайшие четыре года?

- Мне кажется, в законодательстве есть все необходимое для работы. Но нужна судебная реформа. У инвесторов, предприятий и всех граждан должны быть уверенность в завтрашнем дне и ощущение перспективы. В банковском деле все основано на контракте, и, если вдруг партнер его срывает, я могу искать защиту только в суде. Я должен быть уверен, что выиграю - если контракт правильно оформлен. А сегодня российская судебная система этого не обеспечивает.

Власти надо добиваться большей стабильности в обществе. Чем она выше, тем успешней идут структурные реформы. Сейчас разрыв в доходах разных регионов и групп населения колоссальный. Среднего класса практически нет - он присутствует только в столице и Санкт-Петербурге.

Структура общества и его будущее зависят от качества образования. Я - представитель маленького народа, и у нас был единственный способ для благополучной жизни и развития - обеспечить людям высокий уровень образования. Для этого в Финляндии выделяется много средств, благодаря чему у нас и появились такие высокотехнологичные фирмы, как Nokia.

И, конечно, в ближайшие четыре года надо обязательно вести активную борьбу с коррупцией.

- А как вы расцениваете "дело "ЮКОСа"?

- Считаю принципиально важным, чтобы это дело было рассмотрено в строгом соответствии с законом.

- Что вы думаете о ходе банковской реформы, которая недавно бурно обсуждалась, а сейчас как будто потеряла актуальность?

- Банковская система - зеркало экономики, и регулирующие нашу деятельность законы вполне адекватны. Для меня всегда было загадкой: что такое банковская реформа? Переход на международные стандарты бухучета и отчетности нужен. Но это не панацея, вспомните тот же Enron. Полная прозрачность может быть и по нынешним российским стандартам.

Надо усиливать банковский надзор - его существо должно превалировать над формой. Это подталкивало бы нас больше работать с российскими банками, добавило бы уверенности - ведь межбанковские кредиты основаны на доверии. Сейчас банки друг другу не доверяют, и мы очень много теряем от того, что не можем эффективно регулировать нашу ликвидность. О содержательном надзоре говорит и [первый зампред ЦБ] Андрей Андреевич Козлов. Но пока мы еще не видим результатов на практике.

- Вас не пугает, что сотрудники ЦБ смогут выносить мотивированное суждение, которое станет основой надзора?

- Как показывает мой опыт, сотрудники ЦБ, которые проводили у нас проверки, профессионалы и понимают наш бизнес.

- В чем еще нуждается банковский сектор?

- Нужно упростить отчетность. Не знаю точно, сколько бумаг я подписываю, но от их обилия у меня уже испортился почерк. Сокращение отчетности - это технический вопрос, но его решение позволило бы банкирам освободить много ресурсов для обслуживания клиентов. В бухгалтериях российских банков работает гораздо больше людей, чем, например, в банках развитых европейских стран.

Банковский сектор работал бы более эффективно, если бы была более прозрачная система финансирования банков со стороны ЦБ. Должны быть очень четкие, единые для всех правила и оперативная система кредитования, чтобы банки могли управлять своей ликвидностью. Сейчас система рефинансирования не функционирует, и банки держат очень большие остатки на корсчетах, которые не дают ни копейки процентного дохода. Поскольку мы не хотим подвести клиентов, приходится запасаться своеобразной "финансовой подушкой" - большей по размеру, чем нужно.

А ведь рефинансирование через ЦБ увеличило бы роль денежной политики в стране. Если бы банки заимствовали у ЦБ, изменение стоимости подобного заимствования заставляло бы банки, соответственно, менять свои ставки по кредитным и депозитным операциям.

- Какие главные тенденции в банковском секторе вы бы отметили?

- Все пошли в розничный бизнес, потому что обслуживание корпоративного бизнеса становится менее рентабельным: процентные ставки падают, самые крупные предприятия получают дешевые кредиты от международных банков, поэтому надо искать новые источники дохода. Уменьшается роль ценных бумаг как источника доходов благодаря общей стабилизации в стране и росту доверия иностранных инвесторов к бумагам российских эмитентов. Поэтому банки наращивают кредитование экономики. Еще одна тенденция - консолидация банков. И если бы ЦБ немножко упростил этот процесс, она пошла бы еще быстрее.

- А ММБ хотел бы обзавестись дочерними банками?

- У нас нет конкретных предпочтений. Приобретение банка - очень тяжелый способ выхода на другие рынки. Риски большие, а примеров успешных слияний очень мало. Поэтому мы тщательно изучаем некоторые банки, но нам пока нечего декларировать.

- Какие регионы для ММБ являются приоритетными?

- Традиционно мы активно работаем в Москве, Санкт-Петербурге, Московской и Ленинградской областях. Интересны нам в первую очередь экономически развитые регионы. Это Урал и Сибирь, а также южная часть России. В следующем году мы откроем филиалы в Челябинске и Ростове на базе уже существующих там представительств ММБ.

- За счет чего вы рассчитываете закрепиться в экономически развитых регионах? Ведь там уже присутствуют крупные банки, и они жестко конкурируют.

- Мы будем предлагать то, чего у них нет. К каждому региону будем подходить индивидуально, но в целом нашим конкурентным преимуществом является то, что мы совершенно неполитизированный банк, т. е. не входим ни в какие группы или объединения и занимаемся только банковским делом. Если мы берем под залог кредита акции предприятия, у нас нет задачи стать его владельцем. И такую политику ценят очень многие предприниматели.

У нас большой опыт работы в финансировании внешней торговли. Со всеми западными гарантийными агентствами мы имеем больше открытых линий и подтверждений аккредитивов, чем большинство российских банков. Третье преимущество - это срок и стоимость финансирования: хотя здесь конкуренция среди банков очень сильна, но если мы хотим, то достаточно редко проигрываем.

- Считается, что наши банки стали активнее осваивать регионы, чтобы подготовиться к приходу в Россию лидеров мирового финансового рынка - ведь тогда развитая сеть будет их единственным конкурентным преимуществом. Вы с этим согласны?

- Иностранные лидеры уже здесь. Если вы посмотрите перечень кредиторов "голубых фишек", то их там будет не меньше, чем российских банков. Крупнейшие западные финансовые институты уже активно кредитуют ведущие российские корпорации. Банкам становится все труднее работать с самыми кредитоспособными российскими предприятиями, которые могут получить деньги на Западе так дешево, что нам уже нет экономического смысла их финансировать. Мы не можем это делать с прежней доходностью для российских банков. Выход - деятельность в регионах. Через них, как мне видится, будет идти дальнейшее сбалансированное развитие России. Уже сейчас во многих регионах экономика растет быстрее, чем в том же Санкт-Петербурге. Есть быстро развивающиеся регионы, например, такие, как Ростовская область и Краснодарский край, Пермская и Челябинская области.

- Вы можете оценить масштабы потерь российских банков от кредитования наших ведущих предприятий на Западе?

- В ММБ пока потери несущественны. Некоторые наши продукты уже неконкурентоспособны с точки зрения крупных предприятий, но они востребованы региональной клиентурой. Сейчас любому российскому банку тяжело предлагать крупным корпоративным клиентам прямое кредитование под оборотные средства на конкурентных условиях. Следующими будут инвестиционные кредиты, поскольку предприятия могут выпустить евробонды и т. д. Прямое кредитование "голубых фишек" - это бизнес, который со временем потеряет свою актуальность для чисто российских банков.

- Как вы будете конкурировать с финансовыми гигантами, которые готовятся выйти на российский рынок, за корпоративную и частную клиентуру?

- Гиганты работают с гигантами, а наше преимущество в том, что мы предлагаем отношения нашим небольшим по западным меркам корпоративным клиентам и частным лицам. Это не бездушный, технологический конвейер, который предлагают иностранные гиганты. Наш клиент не должен чувствовать себя обезличенным.

- Сколько ММБ планирует инвестировать в будущем году в розничный бизнес и рассматривается ли вопрос о появлении отдельного "розничного" брэнда?

- В 2004 г. банком предусмотрены инвестиции на развитие бизнеса в объеме $11 млн, которые пойдут на розничные проекты, открытие новых представительств и филиалов, а также на установку новой интегрированной операционной системы. Система позволит банку снизить тарифы, на которые сейчас жалуются некоторые наши клиенты. Что же касается брэнда, то пока мы решения не приняли. Это очень серьезный вопрос, который требует глубокого исследования.

- Рейтинговые агентства Fitch и Standard & Poor's отмечают высокую концентрацию ресурсов ММБ на одном корпоративном клиенте и называют это фактором, препятствующим повышению рейтинга банка. Как я понимаю, речь идет о "Сургутнефтегазе"?

- С точки зрения структуры ресурсов мы прозрачный банк, и все можно увидеть в наших годовых отчетах. Упомянутую концентрацию риска мы в банке не считаем фатальной. Комментариев в отношении отдельно взятых клиентов я не даю и без их согласия не называю.

- Но ММБ нарушает норматив риска на одного кредитора: он в 20 раз больше установленной ЦБ планки.

- Поскольку это не обязательный норматив, то для меня он не имеет определяющего значения. Но раз внешний мир на такие соотношения обращает много внимания, мы работаем над диверсификацией клиентской базы, чтобы наши контрагенты чувствовали себя комфортно. Уже в этом году показатели изменятся в лучшую сторону.

- С какими финансовыми показателями вы рассчитываете завершить год?

- В предварительном порядке могу сообщить, что чистая прибыль по международным стандартам достигнет $54 - 55 млн, рентабельность капитала - 25 - 30% , активы вырастут почти до $3 млрд, а объем кредитного портфеля превысит $1 млрд.

- Банкиры жалуются на падение рентабельности и маржи и стараются наращивать кредитование экономики для поддержания доходности. А у ММБ почти 10% пассивов вложено в госбумаги, почти треть активов - межбанковские кредиты, в основном нерезидентам. Это высоколиквидные, но малодоходные активы. У вас проблемы с качественными заемщиками или это ваш "стабилизационный фонд"?

- Наш инвестиционный портфель в размере $180 млн (который состоит из ценных бумаг, в том числе государственных) на текущий момент обеспечил нам прибыль почти в $14 млн. Относительно большая доля межбанка связана с тем, что значительная часть клиентских денег в ММБ размещена на достаточно короткие сроки. По сравнению с типичным западным банком доля краткосрочных пассивов у нас больше, но она меньше, чем у подавляющей части российских банков.

За три года кредитный портфель у нас вырос более чем в три раза - примерно до $1,1 млрд. Главное - что это удалось сделать с минимальными потерями для бизнеса: например, в этом году доля просроченных кредитов составила 0,7%. Не думаю, что мы могли бы наращивать кредитование большими темпами. Вопрос в том, что мы сейчас живем в достаточно благополучных экономических условиях, а когда будет спад, то станет ясно, насколько качественно банки структурировали свои кредиты.

- Вы ожидаете банковского кризиса из-за плохих кредитов?

- Нет. Для меня настоящий кризис - это 1998 г. , когда было не до сна и шли переговоры о выживании бизнеса. Я не очень верю, что такой системный кризис повторится. Будут появляться проблемные банки. Но это случается в любой рыночной экономике.

О КОМПАНИИ: ММБ учрежден в 1989 г. , его акционеры: Bayerische Hypo- und Vereinsbank AG (43% акций) , Nordea Bank Finland PLC (22% ), BCEN-Eurobank (20% ), ЕБРР (10% ), Mizuho Corporate Bank (3% ) и Сбербанк (2% ). ММБ входит в десятку крупнейших банков России, его уставный капитал - 2,1 млрд руб. На 1 декабря активы банка (по международным стандартам) составляли $2,8 млрд, капитал - $191 млн, средства на счетах в банках и финансовых институтах - $1,2 млрд, портфель ценных бумаг - $358 млн, кредитный портфель - $1,1 млрд, счета банков и финансовых институтов - $385 млн, текущие счета и депозиты клиентов - $2,1 млрд. В ММБ обслуживается свыше 40 000 физлиц и 6000 корпоративных клиентов. У банка шесть допофисов в Москве, филиал в Питере. Долгосрочный кредитный рейтинг ММБ по шкале Standard & Poor's - В+, краткосрочный - В.

БИОГРАФИЯ: Илкка Салонен родился в 1955 г. в г. Хельсинки. В 1981 г. окончил Хельсинкский университет по специальности "экономист", имеет степень магистра политических наук (экономика и статистика). Карьеру банкира начал в 1979 г. в Банке Финляндии в должности младшего экономиста отдела экономических исследований. В 1981 г. перешел на работу экономиста в банк "Кансаллис - Осаки - Панкки", где с 1985 по 1994 г. занимал различные руководящие должности (в том числе возглавлял представительство банка в Москве). В 1994 - 1997 гг. был заместителем председателя правления ММБ, затем перешел на работу в банковскую группу MeritaNordbanken, где занимал должность регионального директора и отвечал за координацию деятельности банка в странах балтийского региона и СНГ. С октября 1998 г. - председатель правления Международного московского банка.