От "Криминального чтива" до "Холодной горы"

26 февраля в российский прокат выходит "Холодная гора" Энтони Мингеллы - история любви и почти мистический эпос времен войны между Севером и Югом с Джудом Ло и Николь Кидман в главных ролях. О непростых обстоятельствах, сопутствовавших съемкам и выходу фильма, "Ведомостям" рассказал его продюсер и владелец киностудии Miramax Харви Вайнстайн.

- Кому первоначально принадлежала идея экранизировать "Холодную гору" Чарльза Фрейзера?

- Скрывать не стану - мне. Я прочел роман Фрейзера, и он тронул меня до глубины души. Там речь идет о Гражданской войне, но он будит очень знакомые чувства в каждом, кто соприкасался с любой другой войной - пусть даже не сам, а через поколение. Из нашей семьи мужчины уходили на Вторую мировую, и то ожидание, которое наполняло дом, пока их не было, - об этом у нас говорили многие годы спустя. Это трудно передать словами, но все, у кого воевали родители или деды, поймут. Это такая память, которая остается навсегда.

- Вы изначально имели в виду Энтони Мингеллу в качестве режиссера?

- Да, Тони был с нами с самого начала, и, мне кажется, невозможно представить себе кого-то другого на его месте.

- Вы начинали как продюсер независимых малобюджеток, а теперь выпускаете по два 100-миллионных эпоса каждый год. Как вам далась эта смена масштабов?

- Мне каждый раз бывает трудно и страшно, как в первый. "Холодную гору" мы начинали делать вдвоем с партнером. Потом бюджет перевалил за $80 млн, мой партнер вышел из игры, и замену ему я так и не смог найти. На таких проектах очень просто потерять все, что вложил, так что со мной, несмотря на мою репутацию человека ответственного, никто не захотел связываться. В конечном счете я взвалил все финансовое бремя на себя. Впрочем, мне не пришлось пожалеть - у нас семь номинаций на "Оскар", фильм очень хорошо идет в американском прокате, и просто замечательно - в европейском. Хочу надеяться, российскому зрителю он тоже понравится.

- Известно, что вы как продюсер человек крайне жесткий. Ваша любовь сокращать метраж уже готовых фильмов даже вошла в пословицу. Наверняка Мингелле было с вами нелегко?

- Я бы никогда себе не позволил давить на Тони. Я люблю его всем сердцем, и у нас прекрасное взаимопонимание - это, в конце концов, наш третий с ним фильм. Я никогда в жизни не давил ни на Мингеллу, ни на Квентина Тарантино, ни, упаси господь, на Мартина Скорсезе. Все эти сказки про наши якобы непреодолимые разногласия с Марти на съемках "Банд Нью-Йорка" - полная чушь. Будь это правдой, неужели Скорсезе захотел бы, чтоб я продюсировал его следующий фильм ( "Авиатор")? И про "Холодную гору" я хочу сказать со всей определенностью: то, что вы видите, это авторская версия Мингеллы, и я очень горд, что мне выпала честь быть ее продюсером.

- Откуда тогда берутся слухи о вашей необычайной лютости?

- Была пара режиссеров, которые пытались снимать за мой счет плохое кино. Не скрою, с ними я действительно общался довольно жестко. Но с Мингеллой, Скорсезе, Тарантино я всегда был предельно нежен. Какой смысл давить на людей, которые и так лучшие из лучших? Подгонять надо только плохих и нерадивых работников.

- В США вас много критиковали за то, что фильм об американском Юге вы снимали в основном в Румынии. Почему именно это вызвало такое ожесточение американской общественности?

- В Америке, как и во всем мире, общество обеспокоенно тем, чтоб у граждан были рабочие места. Я это полностью понимаю и отношусь к этому вопросу крайне серьезно. Но вместе с тем режиссер должен иметь право снимать там, где ему хочется. Точнее, там, где целесообразнее всего с художественной точки зрения. И никакие экономические соображения не должны эту его свободу ограничивать. Я так считаю по крайней мере.

- Семь номинаций на "Оскар" это, конечно, много. Но вместе с тем "Холодная гора" не получила самых главных номинаций - за лучший фильм и лучшую режиссуру. Как вы думаете, почему?

- Все до обидного просто. Мы непростительно затянули с выпуском фильма на экраны. Это, пожалуй, единственное, о чем я всерьез жалею. В этом году киноакадемия начала голосовать раньше, чем обычно, и мы просто опоздали - к тому моменту, когда составлялся оскаровский шорт-лист, слишком мало академиков успели посмотреть "Холодную гору". Это, конечно, обидно, но я счастлив и имеющимся номинациям, и тем наградам Британской киноакадемии, которые мы только что получили, - за лучшее музыкальное решение и Рене Зельвейгер - как лучшей актрисе второго плана. Американские академики обычно оглядываются на мнение своих британских коллег - надеюсь, они и сейчас его учтут.

- Были разговоры о том, что американским киноакадемикам не понравилась героиня Николь Кидман - точнее, то, что она была слишком гламурной и красивой для нищей голодающей фермерши.

- По-моему, это ерунда. Да, Николь Кидман красавица, и да - она очень гламурная. Но она вместе с тем и великолепная актриса. Возьмите "Догвилль" - неужели ее красота там мешает? Ровно так же она не мешает и в "Холодной горе". Уверяю вас - наш относительный оскаровский неуспех (хотя и странно называть семь номинаций неуспехом) обусловлен чисто техническими причинами. Как я уже сказал - мы банально опоздали.

- Режиссер и черный активист Спайк Ли обвинил вас и Мингеллу в "избирательных симпатиях" - в том, что вы сняли фильм о солдате Конфедерации, но практически не упомянули о рабстве. Спайк Ли сказал, что это все равно что снять фильм о страданиях фашистского солдата и не упомянуть при этом концлагеря. Как вы смотрите на такие обвинения?

- Да, я помню эту историю. Это было на дискуссии в Колумбийском университете. Знаете, сразу после Спайка слово взял профессор из Гарварда Скотт Гейтс - один из самых, пожалуй, авторитетных черных историков Гражданской войны. И он объяснил, что в той части Юга, где происходит действие романа Фрейзера, у конфедератов не было рабов. В этом, кстати, и смысл фильма - получается, что герой Джуда Ло уходит на совсем чужую и совсем бессмысленную для него войну. Потом примерно в том же духе выступил режиссер и тоже видный деятель черного движения Джон Синглтон. И Спайк как-то сразу стих - похоже, ему нечего было возразить.

- Вы один из немногих сегодняшних кинофинансистов, кому удается вписать свое имя в историю кино и заработать кучу денег одновременно. Извините, но как вам это удается?

- Вы будете смеяться, это такая банальность, но я все-таки скажу. Надо идти на риск и надо понимать, что деньги - это вторично, а на первом месте стоит искусство. Можете смеяться, можете мне не верить, но я работаю так.

ЭФФЕКТ MIRAMAX: 50-летний Харви Вайнстайн - старший из двух братьев Вайнстайн, основавших в конце 80-х кинокомпанию Miramaх. В 1993 г. Вайнстайны приняли историческое решение, взявшись финансировать фильм Квентина Тарантино "Криминальное чтиво" (запущенный в производство другой студией, но оставленный инвесторами по этическим соображениям). "Криминальное чтиво", стоившее $8 млн, собрало в мировом прокате $213 млн, и Miramax из маленькой независимой студии превратилась в одного из главных голливудских игроков.

Харви Вайнстайн был продюсером всех следующих проектов Тарантино, включая и его новый фильм Kill Bill. Как исполнительный продюсер, он участвовал в создании таких фильмов, как "Английский пациент", "Влюбленный Шекспир", "Банды Нью-Йорка", "Чикаго" .