Помощь пришла
“Понятно, что Плескачевский отстаивает интересы регистраторов, а ФСФР хочет быть застрахованным от неожиданностей, – резюмирует директор московского представительства “Брокеркредитсервиса” Максим Троценко. – Но профучастникам не важно, чья позиция победит, главное, чтобы работа регистраторов не прекращалась ни на минуту”.
В прошлый вторник Следственный комитет при МВД провел выемку документов в Центральном московском депозитарии (ЦМД). Тогда для выяснения движения акций Архангельского ЦБК был изъят сервер регистратора. После этого ЦМД приостановил операции по лицевым счетам своих клиентов. Информация об этом стала известна участникам рынка в среду и на фона общего негативного информационного потока стала последней каплей, обрушившей на 5–10% цены на все “голубые фишки”. ЦМД возобновил свою работу только в пятницу.
Проблемой изъятия серверов с реестрами занялись в Госдуме. Председатель думского комитета по собственности Виктор Плескачевский, одновременно возглавляющий совет директоров Профессиональной ассоциации регистраторов, трансфер-агентов и депозитариев (ПАРТАД), пообещал “Ведомостям” к осени разработать и внести в Уголовно-процессуальный кодекс поправки, которые исключат возможность изымать у регистраторов серверы. “Сейчас правоохранительные органы и рынок ценных бумаг просто не понимают, как им надо общаться, – рассуждает Плескачевский. – Поскольку никакой формы, в которой следователь может обращаться к регистратору за отдельным реестром, нет, он обычно получает отказ – а в ответ изымает “железо”, не понимая, что наносит ущерб миллионам акционеров других компаний”. Поэтому одновременно с запретом на изъятие серверов Плескачевский собирается разработать формальную процедуру следовательских запросов регистраторам, по реестру отдельно взятой компании, и систему санкций за игнорирование запросов.
Регистраторам идеи Плескачевского понравились. По словам гендиректора “Регистратора НИКойл” Максима Калинина, формализация отношений с правоохранителями пойдет на пользу рынку, ведь сейчас регистраторам, как правило, присылают технически сложно выполнимые запросы. “Милиция часто требует, например, выписку из реестра, подразумевая, что регистратор должен представить список акционеров, и нам приходится отвечать, что выпиской может быть только информация по счету какого-либо лица”, – поясняет Калинин. Милиция же, продолжает он, “начинает в ответ на эти разъяснения обвинять регистратора в саботаже”. По его словам, конфликт МВД с ЦМД “вскрыл этот нарыв” и он надеется на его урегулирование законодательным путем. А по мнению директора компании “Новый регистратор” Игоря Полякова, чем прозрачнее будут правила запросов, “тем лучше” [регистраторам]. По его словам, поправки в УПК должны стимулировать правоохранительные органы присылать ясные запросы, на которые было бы легко отвечать.
Мнения заинтересованных ведомств не совпали. Сотрудник центрального аппарата МВД, имеющий большой опыт изъятия компьютеров с целью извлечения данных, согласен, что принятие поправок Плескачевского упорядочит работу правоохранителей. Кроме того, по его мнению, формализацию запросов желательно распространить не только на компании-регистраторы, но и на всех владельцев электронных баз данных. “Зачастую неграмотные оперативники изымают сервер потому, что просто не понимают, что такое информация на электронном носителе, хотя в большинстве случаев достаточно копирования информации”, – жалуется оперативник.
Однако в Федеральной службе по финансовым рынкам Плескачевского поддержать не готовы. “Необходимо наладить сотрудничество МВД, чтобы выемки происходили более корректно, – убежден чиновник ФСФР. – Но вопрос здесь больше в другом – мало ли что решит суд, вдруг будет дело, которое потребует изъятия сервера. Необходимо, чтобы у регистраторов была хорошо функционирующая резервная система”.