ЦИТАТА НЕДЕЛИ
У президента России хорошее чувство юмора. В субботу оно помогло ему разрядить конфликт между министрами-реформаторами и председателем правительства, разгоревшийся двумя днями раньше на заседании кабинета. В четверг “питерские либералы” – министр экономического развития Герман Греф и министр финансов Алексей Кудрин – потребовали от Михаила Фрадкова присягнуть на верность “курсу реформ”. Фрадков присягать не стал, а вместо этого поделился зреющей в его голове мыслью – время от времени пересаживать из кресла в кресло министров, “выполнивших свой маневр”.
Шуткой о генеральском будущем Кудрина Путин указал Фрадкову на то, что идея о ротации руководящих кадров, мягко говоря, сыровата. А приняв министров-диссидентов в своей сочинской резиденции накануне решающего, бюджетного, заседания кабинета министров, дал понять и премьеру, и еще кое-кому, что своих либералов в обиду не даст.
Премьер сигнал понял адекватно: позиционирование в качестве оппонента прогрессивных преобразований работодателем не приветствуется. Вчерашнее заседание кабинета Фрадков открыл одой о пользе реформ – судебной, военной, налоговой, административной и проч. А Кудрин в знак перемирия между либералами и государственниками объявил бюджет-2005 самым реформаторским из всех, принимавшихся на его памяти.
Несмотря на happy end, история ссоры Алексея Леонидовича с Михаилом Ефимовичем со всей остротой ставит вопрос, зачем в Российской Федерации сохраняется пост премьер-министра. После отставки Михаила Касьянова президент усилил контроль над кабинетом. Перед каждым заседанием правительства в Кремль вызывается главный докладчик – профильный министр или вице-премьер – и по нескольку часов что-то обсуждает с президентом. К утру четверга главным носителем тайного знания о том, что думает, как реагирует и о чем спрашивает Путин, оказывается не премьер, а совсем другой член правительства.
Фрадкову никак не удается сформулировать собственную повестку. Он не участник, а наблюдатель или заложник проектов, запущенных еще предыдущим кабинетом, – от монетизации льгот, перераспределения бюджетных полномочий и отмены не обеспеченных деньгами обязательств государства перед населением до административной реформы. Риторика об инновационном развитии, конкурентоспособности и развитии инфраструктуры, которой пробавляется премьер, перспективна, но повисает в воздухе, поскольку не подкреплена ни инструментально, ни идеологически.
Время на создание собственной делянки у Фрадкова еще есть. Конфликт между либеральной и государственнической партиями закладывался Путиным в этот кабинет изначально, и пикировки между крыльями – не более чем рабочие моменты российской политики, после того как “Византия кончилась”. Но и почивать на лаврах премьеру не стоит. Иначе ближе к 2008 г., перед операцией “Преемник-2”, он может быть использован как громоотвод.