Добывать будет нечего
Министр природных ресурсов Юрий Трутнев не раз публично сетовал на то, что российская добывающая промышленность “проедает” запасы полезных ископаемых, разведанных в советское время. “Если эта тенденция продолжится, нас ждет сырьевое голодание”, – заявил он на днях на коллегии Минприроды. На этой неделе подчиненные Трутнева закончили работать над проектом “Долгосрочной государственной программы изучения недр и воспроизводства минерально-сырьевой базы” на 2005–2020 гг. На следующей неделе его планирует рассмотреть правительство, говорит чиновник Минприроды. Копия проекта имеется в распоряжении “Ведомостей”.
Недропользователи не во всем согласны с прогнозами Минприроды. “Норильский никель” всегда заявлял, что запасов платиноидов на Таймыре хватит на 15 лет, а на Кольском полуострове – на 30 лет, напоминает менеджер компании. “Если выкинуть [из расчетов] Сухой Лог, который, конечно, к 2015 г. не будет выработан [поскольку до сих пор не эксплуатируется], то похоже на правду”, – соглашается председатель Союза золотопромышленников Валерий Брайко. Президент золотодобывающей компании “Полюс” Евгений Иванов согласен, что запасы золота в России истощаются. Но “Полюсу”, по его словам, сырья хватит больше чем на 30 лет. “Это средний уровень обеспеченности запасами мировых золотодобывающих компаний”, – добавляет он.
Без инвестиций в геологоразведку “запасы россыпного золота в России иссякнут к 2011 г., коренного золота – к 2015 г, нефти – к 2015 г., а платиноидов – к 2018 г.”, констатируют авторы документа. Чтобы избежать катастрофы, ТЭКу на геологическую и промышленную разведку до 2020 г. потребуется, по оценке чиновников Минприроды, более 1,5 трлн руб. 126 млрд руб., по их мнению, должен выделить федеральный бюджет, а остальное – сами компании. А в разведку новых месторождений алмазов и благородных металлов в ближайшие 15 лет понадобится инвестировать около 154 млрд руб., в том числе 27 млрд руб. – из бюджета.
Но с тем, что запасы сырья падают, промышленники не спорят. “В геологоразведку нужно вкладывать в 10 раз больше, чем сейчас, чтобы восполнить потери. С 1992 г. прирост разведанных запасов золота составил 70% от погашенных”, – говорит Брайко. В случае дополнительных геологических исследований на Таймыре запасов платиноидов должно хватить на 130 лет, отмечает представитель “Норникеля”. “В последние 15 лет геологоразведке [в нефтяном комплексе] уделялось мало внимания”, – сожалеет вице-президент Shell Олег Румянцев.
Российские нефтяники ежегодно тратят на геологоразведку в совокупности около $1 млрд, что не превышает 8% затрат на освоение месторождений, считает аналитик “Тройки Диалог“ Валерий Нестеров. Чтобы инвестиции компаний в геологию выросли более чем в 2,5 раза, как планирует Минприроды, в законе о недрах надо предусмотреть сквозные лицензии на геологоразведку и недропользование, уверен Нестеров. Но состояние кадров и отраслевой инфраструктуры в отрасли таково, что сделать “быстрый разворот” за счет бюджетных и частных инвестиций вряд ли получится, отмечает доцент кафедры освоения россыпей Московского геологоразведочного университета Александр Сурков. “В 1986 г. в СССР насчитывалось 1,5 млн геологов с высшим и средним специальным образованием, а профильных рабочих – в 10 раз больше, – вспоминает он. – Сейчас от всей этой армии осталось несколько сотен стариков”.
Представители Минэкономразвития были вчера недоступны для комментариев. А министр промышленности и энергетики Виктор Христенко на прошлой неделе открыто признал необходимость увеличения инвестиций в геологоразведку в связи с истощением запасов полезных ископаемых с начала 1990-х, отмечает его помощник Станислав Наумов.