Лоббизм по правилам

Акционеры все чаще требуют от американских корпораций сделать прозрачной информацию об их финансовом участии во всех политических процессах, а в будущем – нанимать специального топ-менеджера, отвечающего за “политические” средства. С такими требованиями столкнулись 35 крупнейших компаний, таких как Citigroup, Wal-Mart и ExxonMobil. Многие гиганты рынка вроде Morgan Stanley, McDonald’s, PepsiCo и Coca-Cola уже согласились публиковать список своих политических вложений и обсуждать его на ежегодном совете директоров. В этом году на менеджеров обрушится новый вал заявлений от акционеров с требованием повысить прозрачность политических расходов, прогнозирует консалтинговая компания Institutional Shareholder Services (ISS).

Еще совсем недавно этот вопрос вообще не волновал владельцев акций. Даже в 2002 г., когда бизнес вложил в парламентские избирательные кампании свыше $184 млн, ни одна американская корпорация не получила от акционеров запроса о тратах на политиков, констатирует ISS. В 2003 г. акционеры лишь двух компаний выслушали отчеты о политических вложениях. А в 2004 г. таких компаний уже насчитывалось 36.

Причина – растущая озабоченность инвесторов по поводу корпоративных активов, объясняет старший аналитик ISS Джим Лецки. Страхи появились после ряда скандалов, связывающих Уолл-стрит с Вашингтоном. Это дела Enron и WorldCom, а также история лоббиста Джека Абрамоффа, который за счет своих связей в сенате в 2003 г. пробивал законодательные решения, выгодные для компании Tyco. Она потратила на Абрамоффа около $1,7 млн из своего “политического” бюджета. “Все, что касается средств акционеров, они вправе знать”, – категоричен Лецки. Многие компании все еще возражают против такой открытости, считая ее дорогой и требующей временных затрат. Но давление на их менеджмент будет усиливаться по мере приближения к ноябрьским выборам в конгресс, прогнозирует он.

В России бизнес тоже тратит на политиков немалые деньги. По данным Центризбиркома, все партии получили в прошлом году 1,77 млрд руб. ($66 млн), из них 92% – пожертвования. Правда, российский бизнес старается не афишировать свою помощь партиям за исключением “Единой России” (ЕР), рассказывает Михаил Виноградов из центра “PRопаганда” . Спонсирование любых других партий, кроме ЕР, – “рискованное дело”, соглашается Станислав Радкевич из “Никколо М”. Он не видит смысла в предоставлении отчетности российскими компаниями по принципу американских: “При желании бизнес найдет множество нелегальных каналов финансирования партий”. Черный нал, финансирование через фонды или фирмы-посредники и даже бартер – когда, например, организация обеспечивает партию транспортом. После дела ЮКОСа ни одна организация не финансирует оппозиционные партии непосредственно, а делает это через фонды, подтверждает секретарь президиума СПС Борис Надеждин. “Увы, но чем более прозрачна схема, тем меньше бизнес хочет через нее финансировать”, – замечает он.