Между мексиканскими и итальянскими художниками обнаружилась разница

Цех белого вина на «Винзаводе» – пространство на редкость гармоничных пропорций, и выставка молодых итальянских художников такое место заслужила. Мелкая графика и образцы ярчайшей или изощренной уличной живописи, большие и малые объекты – все здесь хорошо смотрится, выставлено свободно, с уважением к авторам.

Художники же предъявили уважение к зрителям, показав работы вдумчивые и искусно исполненные, даже если они представляют самую что ни на есть заборную эстетику. Впрочем, когда итальянский художник рисует на стене, то это в отличие от нашего или американского есть продолжение давней и исключительно успешной итальянской забавы. В Италии все выглядит красиво.

И пусть «9 церквей» Луки Поцци, инсталляция из девяти блестящих черных восьмигранников с кружащимися золочеными пупочками, – только дизайнерское упражнение, но как эффектно смотрится.

О внешнем блеске итальянской традиции напомнил и Паскуале ди Донато, разбросавший в пространстве черную шляпу и штиблеты, а потом вышедший к публике – тоненький и гордый, в хорошо сшитом по моде столетней давности костюме. Выглядел он не ряженым, а очень артистично и момент рассчитал верно – к официальному открытию. Но торжество вдруг спустили в Цех красного вина на мексиканскую выставку. И растерявшийся художник был лишен заслуженного внимания камер.

Ди Донато все же сообразил спуститься на мексиканскую выставку, но там камеры уже любили Даниэла Руанову – крупный парень в желтой рубашке стоял перед огромной серебристой колючей конструкцией, которая почему-то значила и вторжение, и защиту – как посмотреть. Но в такой же степени этот большой еж мог быть заурядной декоративной скульптурой в парке.

Может быть, потому, что Цех красного вина мрачнее Цеха белого вина, мексиканская выставка кажется суровее итальянской, но если перенести, например, огромные кожаные сумки в форме ножей Мели Бараган от мексиканцев к итальянцам, то подмены никто не заметит. Современное искусство стирает границы.