«Я читаю все, что нужно, и учусь, чему хочу», - Билл Гейтс, основатель Microsoft
В 2009 г. из 793 миллиардеров Земли лишь 11 отдали на благотворительные цели более $1 млрд. Первое место почти с четырехкратным отрывом занял Билл Гейтс. С тех пор он лично убедил 40 американских богачей пожертвовать на благотворительность не меньше половины своего богатства![](https://cdn5.vedomosti.ru/image/2015/15/21r03/original-2nk.jpg)
Где живет Гейтс
Встречу с журналистом FT Гейтс назначил недалеко от дома – в паре миль от офисного центра, где они обедали, располагается особняк Гейтса. Он напичкан самой современной техникой и, по некоторым оценкам, обошелся хозяину в $125 млн. Потолок библиотеки украшают цитаты из «Великого Гэтсби».
Я сижу на барном стуле. По другую сторону круглого металлического стола второй богач мира потягивает диетическую колу, пальцами отправляет в рот картошку-фри и рассуждает о вакцине против полиомиелита. Билл Гейтс был бы самым богатым человеком на Земле, если бы не тратил свое состояние на благотворительность. С 1994 по 2010 г. он вложил более $28 млрд в Фонд Билла и Мелинды Гейтс. Эти деньги пойдут на здравоохранение, образование и программы развития. А Гейтс снова стал «стоить» $54 млрд.
Для человека, распоряжающегося такими огромными деньгами, Гейтс крайне скромен. Мы встретились с ним в офисе, расположенном в пригороде Сиэтла Киркленде. Вышли из него и перешли дорогу, чтобы попасть в кафе Beach при местном отеле Woodmark. Это довольно приятное место с видом на озеро Вашингтон. Но подозреваю, что при его выборе удобное местоположение играло куда большую роль, нежели кухня. Мы сидим в баре, подальше от остальных посетителей. Гейтс одет в ослепительно-белую спортивную кофту на молнии и с длинными рукавами. Под ней – бледно-зеленая майка. Брюки цвета хаки. В свои пятьдесят с половиной он все еще сохраняет моложавый вид. В рыжеватых волосах едва проглядывает седина.
Появляется официантка, и Гейтс заказывает суп из моллюсков и чизбургер. Я тоже прошу чизбургер с крабовым соусом. Мы болтаем о жизни в Сиэтле. Он рассказывает, что сам водит машину, обходясь без шофера. Главная страсть Гейтса – бридж. «Все, что для него нужно, – колода карт», – улыбается он. Он что, аскет? Гейтс протестует: «Нет. У меня отличный офис, хороший дом. Так что я не отказываю себе в дорогих вещах. Просто так вышло, что у меня нет дорогостоящих хобби».
«Я не помню, чтобы они были раздавлены»
Сама Microsoft затевалась отнюдь не ради денег, если верить Гейтсу. Он основал компанию в 1975 г. после того, как бросил Гарвард ради страсти к программированию: «Решение уйти и основать Microsoft было принято не из-за того, что хотелось блестящей карьеры. Я и Пол Аллен [друг детства и сооснователь Microsoft] были в восторге от РС. Нас удивляло, что есть вопросы, над решением которых никто не хочет работать. Мы взялись за самые интересные проблемы и наняли невероятных людей. Мы начали бизнес с нуля». Гейтс утверждает, что деньги оказались побочным продуктом: «На самом деле, если ты делаешь хороший программный продукт, бизнес оказывается не таким уж сложным. Бизнес-сторона довольно проста: ты стараешься – и получаешь больше, чем тратишь».
Я знаю, что у многих конкурентов Гейтса глаза полезут на лоб от такого простого объяснения того, как была выстроена империя Microsoft. Гейтс пользуется славой весьма умелого бизнесмена. В середине 1990-х гг. в США и Европе фирму даже обвинили в монополизме и оштрафовали на миллиарды долларов.
Я спрашиваю его мнение о расхожей байке, что в 1990-е гг. безжалостная и эффективная Microsoft раздавила своего конкурента, Apple, хотя фанаты последней уверяли, что ее продукты куда лучше продуманы и сделаны. «Я не помню, чтобы они были раздавлены, – фыркает Гейтс. – Я не помню, чтобы они когда-либо вообще были раздавлены. Мы писали для них программное обеспечение, а в трудное для них время кто инвестировал в Apple ради их спасения? Да-да, Microsoft».
В конце 1990-х гг. у Гейтса, которому было тогда сорок с половиной лет, произошла смена убеждений. Его увлекла благотворительность, на которую он стал тратить гигантские деньги. Как следствие, изменился и его имидж жесткого человека. «По моим прикидкам, как-то я за год пожертвовал $16 млрд. – Он делает паузу и продолжает с не характерной для него неконкретностью: – Похоже, это было в 2000 г. и, может быть, даже $20 млрд». Гейтс регулярно делает пожертвования. Более того, он убеждает своих друзей-миллионеров, например Ларри Эллисона из Oracle, Теда Тернера из CNN и мэра Нью-Йорка Майкла Блумберга, отдать существенную часть своего состояния на благотворительность.
Гейтс рассуждает о том, что путь филантропа может оказаться затруднительным для некоторых молодых людей: «Есть все основания, чтобы отложить [благотворительность] на потом. Ведь каким бы образом вы ни зарабатывали деньги, в этой сфере вы суперхороши и знаете, что делаете. Крайне трудно ввязываться во что-то новое. Отчасти это заставляет вас задуматься о собственной смерти».
«У меня есть деньги»
В семье Гейтсов традиция благотворительности имеет давние корни. Его ныне покойная матушка жертвовала сиэтлскому отделению благотворительной организации United Way International. Его отец, 84-летний Билл Гейтс-старший, мало того что сам известный филантроп, так еще и ведет кампанию за введение в штате Вашингтон налога на роскошь. Наконец, жена Гейтса, Мелинда, с которой они познакомились в Microsoft и в 1994 г. поженились – сейчас у них трое детей, – отдает много сил работе на семейный благотворительный фонд.
В 2008 г. Гейтс стал неисполнительным председателем совета директоров Microsoft и сегодня большую часть времени посвящает делам своего фонда. Как он сам говорит, «на работу сейчас уходит столько же времени, сколько уделялось ей десять лет до перехода на новую должность». После небольшой паузы он продолжает: «Я не работаю сутки напролет, как в двадцать лет или в начале третьего десятка, когда я трудился без отпусков и по ночам, как правило, не уезжал спать домой. Это был настоящий фанатизм». Когда в те годы Уоррен Баффетт, сейчас близкий друг, партнер Гейтса по бриджу и главный донор фонда Гейтса, хотел повидаться с главой Microsoft, для него часто не находилось времени в расписании Билла. «Я был слишком занят. Сейчас я так не поступаю», – говорит Гейтс.
Гейтс, может, и не работает так же фанатично, как раньше, но он крайне увлечен медицинскими проблемами, которые решает его фонд. В особенности разработкой новых вакцин – против малярии и ВИЧ, а также искоренением полиомиелита с помощью прививок. Похоже, он больше всего доволен собой, когда говорит о науке. В эти моменты он скрещивает руки на груди и начинает раскачиваться взад-вперед.
Страсть к наукам и технологиям, двигавшая Microsoft вперед, теперь поставлена на службу медицинскому прогрессу. Я спрашиваю Гейтса, видит ли он сходство между разработкой программного обеспечения и созданием вакцины. «Да, конечно, – отвечает он, глотнув кока-колы. – И там и там суть в том, что умные люди решают проблемы, которые вам кажутся важными». Главное же различие, по его словам, в требующемся запасе терпения: «В случае с программным обеспечением вы узнаете, правы были или нет, через три или четыре года. Но, ошибись мы во многом из того, что делаем сейчас, скажем в работе над вакциной против малярии, нам потребуется от пяти до десяти лет, чтобы понять это».
Гейтс многоречиво и с большим воодушевлением рассуждает о различных направлениях исследований в поисках вакцин от ВИЧ и малярии. Но у него же нет медицинского образования! Я спрашиваю, трудно ли ему разбираться в научных разработках. Он крайне скептически смотрит на меня и, широко улыбаясь и откусывая от чизбургера, парирует: «Нисколько, ведь я читаю все, что нужно, и учусь всему, чему хочу. Я общаюсь с людьми, работающими в поле, и они настолько любезны, что занимаются моим образованием. Так что мне удалось многое узнать об иммунологии – крайне интересной науке». Часть средств, которые четыре десятка американских богачей благодаря усилиям Гейтса пообещали отдать на благотворительность, пойдет на развитие иммунологии.
Я допиваю кофе и прошу чек. Протягиваю свою кредитку официантке, Гейтс выглядит немного смущенным. «Уверены, что хотите заплатить за обед? У меня есть деньги», – говорит он. В последнем я и не сомневаюсь. Но правила моей газеты таковы, что счет должна оплачивать редакция. Не будем просить милости у Гейтса. За его пожертвованиями и так стоит очередь.