Потом, в 1990-м, у Польши были коммунистический президент Войцех Ярузельский, некоммунистический премьер Тадеуш Мазовецкий и либеральный министр финансов, начавший шоковую терапию, Лешек Бальцерович. Ярузельский и Мазовецкий умерли, Бальцерович работает в Варшавской школе экономики, многие из деятелей «Солидарности» - в рамках преемственности польской демократии - находятся у власти: от премьера Дональда Туска до маршала сената Богдана Борусевича (прототип вайдовского «Человека из железа»).
Вторая книга Моники Ярузельской «Семья» увидела свет незадолго до кончины ее отца Войцеха Ярузельского. За день до смерти Ярузельского я летел из Варшавы, и все киоски города и аэропорта были завалены женским журналом «Высокие каблуки Экстра», издаваемым «Газетой выборчей», с портретом миловидной, выглядящей гораздо моложе своих лет женщины на обложке с заголовком: «Моника Ярузельска. Проклятие дочери генерала». Повествование в ее книге начинается с попытки самоубийства девочки-подростка в 1983 г. В беседе для журнала по этому поводу она сказала: «Я ощущала ответственность своей семьи за военное положение». В одном из более ранних интервью Моника вспоминала о дочери Ратко Младича, которая покончила с собой, узнав о геноциде, учиненном ее отцом.
Но Ярузельский - не Младич. Это нелинейная, сложная историческая фигура. «Газета выборча», флагман демократических перемен в Польше, дала такой заголовок в связи с кончиной Ярузельского: «Солдат, диктатор, президент свободной Польши». Все три позиции - правда. А еще узник сталинских лагерей, сжегший себе роговицу глаза, поневоле выучивший русский язык, валивший лес, тащивший на себе гроб с телом отца, завернутым, по легенде, в газету «Правда». Молодой командир, воевавший с нацистами. Генерал, участвовавший во вводе войск Варшавского договора в Прагу. Первый секретарь партии в военной форме и «пиночетовских» очках, который ввел в стране военное положение, чего нация так и не смогла ему простить. Хотя, скорее всего, он это сделал, для того чтобы Варшава-1981 не превратилась в Прагу-1968. Сделал и для себя - чтобы стать диктатором, но не марионеткой.
«Солидарность» всерьез началась с забастовки рабочих гданьской верфи в августе 1980 г. Но и польская демократия, несмотря на то что «Солидарность» была вынуждена уйти в подполье, а ее активисты сидели в тюрьмах, началась тогда же. Власти были вынуждены вступить в переговоры с оппозицией, принять требования рабочих. Первый секретарь ПОРП Эдвард Герек ушел в отставку. Есть фотография, где без пяти минут диктатор Ярузельский сидит за одним столом с развеселым Лехом Валенсой и они мирно беседуют...
Урок Ярузельского состоит в том, что настоящий политик, обладающий историческим чутьем, думающий не только о своей власти, но и о стране, должен уметь вовремя отойти в сторону. Что генерал и сделал не в 1990-м даже, а в 1989 г., когда согласился на диалог в рамках круглого стола. И когда в стране прошли первые наполовину свободные выборы. По странной иронии истории Ярузельский умер почти ровно четверть века спустя после тех исторических выборов, де-факто покончивших с коммунизмом.