От редакции: Желтая карточка


Эксперты S&P признают, что сами по себе финансовые показатели продолжают улучшаться: расходы на обслуживание внешнего долга в 2005 г. – $28,9 млрд (с учетом выплат Парижскому клубу) при прогнозируемом объеме стабфонда на конец 2005 г. в районе $40 млрд. S&P прогнозирует, что средняя цена барреля нефти в 2006–2008 гг. не опустится ниже $40, поэтому нет оснований ожидать резкого падения валютной выручки. А вот стоимость обслуживания внешнего долга в 2006–2008 гг. снизится до $10 млрд в год.

Но, как мы видим, нынешние шальные сверхдоходы от экспорта нефти и другого сырья немногого стоят с точки зрения S&P. Ведь каждой ступени рейтинга соответствует линейка вероятностей дефолта – через год, два, пять, 10, 15 лет. Нынешний рейтинг говорит, что вероятность дефолта России в течение года – 1,76%, в течение двух лет – 5,56%. Цифры невелики и вполне соответствуют нынешнему валютному изобилию, которое может кончиться через три года или через пять лет, а заменить его нечем.

И если чиновники из Кремля постоянно пугают себя и других дестабилизацией и попытками переворота уже в 2008 г., то что говорить о более отдаленной перспективе? По раскладке S&P вероятность дефолта в течение 15 лет составляет 29,5%. Но при таких фобиях властей это можно считать даже оптимистичной оценкой.

Растущие политические риски и торможение структурных реформ, по мнению S&P, не позволяют повысить рейтинг России выше имеющегося уровня. Можно вспомнить, что, повысив рейтинг до инвестиционного уровня 1 февраля 2005 г. (больше чем через год после Moody’s), эксперты S&P тоже критиковали российские власти за рост политических рисков и медленные реформы. Но то, что тогда было лишь неприятным фоном к хорошей новости, теперь бьет по конкурентоспособности страны на мировых финансовых рынках.

Например, Китай, шедший по рейтингу впереди на две ступени, ушел в отрыв – ему рейтинг повысили, с позитивным прогнозом.

Разговоры о вреде “налогового террора” для бизнес-климата и инвестиций уже набили оскомину. Но факт остается фактом: последние 12 месяцев темпы роста ВВП и промпроизводства снижаются, по итогам пяти месяцев 2005 г. – это лишь 5,4% и 3,6% соответственно (за аналогичный период 2004 г. – 7,6% и 7,4%). В июне рост производства ускорился до 7,3%, но экономисты не спешат повышать прогнозы. Да и нефтегазовый сектор – основа рейтингового благополучия сегодня – уже который месяц стагнирует.

При этом соцрасходы бюджета растут, сильнее раскручивая маховик инфляции. Да и разговоры о том, чтобы распечатать стабфонд и пустить его на малопонятные, но неизменно “инфраструктурные” и “инновационные” проекты, разгораются с новой силой.

Остановка или провал реформ также грозят финансовыми проблемами. Счетная палата подсчитала, что к 2008 г. дефицит бюджета Пенсионного фонда превысит $17 млрд, покрывать которые, возможно, будет бюджет – это цена провала пенсионной реформы. А в минувший понедельник S&P выпустил доклад о том, что отсрочка реформы местного самоуправления – даже при всех минусах начала не до конца проработанной реформы – может нанести ущерб кредитоспособности регионов, которые не смогут четко планировать свои доходы и расходы. Но рынок региональных облигаций не дрогнул – все уверены, что федеральный центр не допустит дефолтов регионов. То есть большая часть бремени возможной неплатежеспособности регионов также ляжет на федеральный бюджет. Причем его размер сейчас очень трудно оценить.