Статья опубликована в № 1645 от 30.06.2006 под заголовком: ОТ РЕДАКЦИИ: Экономика знания

От редакции: Экономика знания

Коррупция и инсайд относятся к основным институциональным проблемам российской экономики. Из-за высокого уровня коррупции у нас мало прямых иностранных инвестиций, инсайд же тормозит развитие российского фондового рынка. В результате и то и другое приводит к замедлению экономического роста.

С коррупцией власти вроде бы борются, но она только растет: в 2004 г. Россия занимала 90-е место в индексе самых некоррумпированных стран Transparency International (TI), а в 2005 г. – уже 126-е. С инсайдом бороться решил глава Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР) Олег Вьюгин, который давно настаивал на принятии соответствующего законодательства, – на днях законопроект о “О недобросовестных практиках на финансовых рынках” передан на согласование в правительство.

На самом деле власти, сажая различных “оборотней”, борются не с коррупцией, а с коррупционерами. Коррупция же остается крепко вжившимся в российскую экономику институтом. По мнению экспертов, если она сейчас моментально исчезнет, то экономика России просто рухнет, так как эффективных заменителей нет. Это называется “институциональной ловушкой”: переход к более эффективным институтам (правовому государству и единым правилам игры) предполагает слишком большие издержки. Коррупция стала в России институтом не вчера, и отказ от нее займет годы, да и то если кампания по ее искоренению будет сопровождаться поддержкой общества и бизнеса.

Кажется, что с инсайдом все проще – российский фондовый рынок молод и правила на нем только предстоит установить. Закон об инсайде – первый шаг. Но это только кажется. Законопроект уже изменен в худшую сторону. Предыдущая версия позволяла сотрудникам ФСФР требовать у всех потенциальных инсайдеров, в том числе госчиновников и депутатов, предоставления любых документов, показаний и записей переговоров. В нынешней версии ФСФР может контролировать только частные компании; Центральный банк и министерства будут проверять себя сами, депутаты же и вовсе исключены из числа потенциальных инсайдеров.

Ведомство Вьюгина породило мертвый закон, который не решит проблем фондового рынка, но усилит конкурентные преимущества отдельных игроков на рынке инсайда. Ведь главными инсайдерами в России являются госчиновники. Начиная с дела ЮКОСа, роль государства в бизнесе только усиливается (стоит вспомнить, что и само дело ЮКОСа, повлекшее за собой обвал рынка, было спровоцировано депутатским запросом). По данным агентства Mergers.Ru, в 2005 г. государство купило активов на $17,4 млрд, что составляет 30% всего российского рынка M&A за прошлый год. Роль государства на фондовом рынке не меньше – по данным аналитического отдела Альфа-банка, по итогам 2005 г. государство стало крупнейшим держателем российских ценных бумаг (около 30%). Вес государства на фондовом рынке будет только увеличиваться в ходе предстоящих IPO “Роснефти” и Внешторгбанка. Котировки госкомпаний растут значительно быстрее рынка, и информация о планах государства по приобретению тех или иных активов также имеет значение. И хотя согласно последнему варианту законопроекта об инсайде ФСФР сможет проверять госкомпании, вся основная и коммерчески значимая информация об их деятельности формируется в кабинетах, недоступных ФСФР (назвал же на днях замглавы президентской администрации Владислав Сурков менеджеров госкомпаний “пришлыми людьми”, у которых “нет влияния”). Госчиновники смогут по-прежнему зарабатывать на информации. А инсайд постепенно превратится из возрастной болезни фондового рынка в очередной устоявшийся институт – та же коррупция, только в условиях информационной экономики.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать