Статья опубликована в № 1869 от 28.05.2007 под заголовком: ЧЕЛОВЕК НЕДЕЛИ: Ярь-медянка

Ярь-медянка

Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание

Особенно меня повеселило, что Reuters, передавая слова Алана Гринспэна, бывшего председателя Федеральной резервной системы США, дало сообщение из Мадрида, где Гринспэна не было, а просто туда транслировалась некая телеконференция.

С одной стороны, это можно трактовать так, что глобализация торжествует; с другой – так, что, уйдя с главного финансового поста в мире, 81-летний ныне Гринспэн не утратил авторитета, но окончательно стал духом финансового рынка, новым воплощением Дельфийского, допустим, оракула.

Тем более про Гринспэна, пока он работал в ФРС, было известно (он сам это и говорил), что, если его поняли, значит, его поняли неправильно; а понять его действительно в те времена было сложновато.

Но вот “мадридское” высказывание, на таинственной телеконференции без места и времени, было почему-то более чем определенным: китайский фондовый рынок перегрет! Не менее конкретным было и высказывание Гринспэна в феврале, когда старику вздумалось покритиковать американскую экономику, что ее-де ждет более глубокая яма, чем все думают.

Рынки в обоих случаях дружно, с готовностью и радостью, что не надо особенно напрягаться, расшифровывая предсказания оракула Гринспэна, попадали по всему миру.

А я бы на их месте все-таки задумался. Предыдущая жизнь хитроумного Гринспэна состояла в том, чтобы говорить правду, но как можно более туманно: от политики ФРС в США, а также во всем остальном мире зависит слишком многое, чтобы делать ее доступной многим жадным умам. И у него, надо полагать, была такая игра с журналистами и фондовым рынком: они сравнивали действия ФРС и предварявшие их слова Гринспэна и пытались выстроить модель для понимания следующих слов; он же придумывал риторические приемы.

К чести оппонентов Гринспэна надо сказать, что к концу его карьеры его предсказания научились расшифровывать довольно успешно.

Но сегодня, когда за его словами больше не стоит мощи и хрупкости американской финансовой системы, он может расслабиться и говорить без экивоков.

Фамилия Гринспэна происходит от слова на идише “гриншпун”, что значит ацетат меди, ярь-медянка. Из нее делались и лекарства – например, от трофических язв или от гнойного насморка, и тогда требовалась медицинская точность в ее дозировке, – и яркая зеленая краска, и тогда красильщики бухали ее на глаз.

Видимо, время медицинской точности для Гринспэна миновало.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more