Президент Владимир Путин впервые выступил с трибуны стадиона, и речь его была яркой и запоминающейся. Возможно, потому, что к ней втройне применимо слово «впервые»: он никогда не ораторствовал в подобных аудиториях, никогда прежде не выступал с пространной речью в роли кандидата в депутаты Госдумы. И никогда так беспощадно, в такой грубой форме не клеймил внутреннего врага.
Борис Ельцин на стадионах не выступал, но имиджмейкеры и у него были неплохие. Лучше формулы «голосуй сердцем» ничего с тех пор придумано не было. Имиджмейкеры Путина соединили наработки предшественников и опыт американских коллег, практикующих стадионную агитацию. Клеймя многоликого врага, который не оставил советским людям даже мыла и спичек, нынче «шакалит у посольств», а в будущем готовит олигархический реванш, Путин обращался, конечно, к сердцам избирателей, или, если по-научному, к их коллективному бессознательному. Но уж во всяком случае не к разуму. Потому что, если начать над этими словами размышлять, возникнут ненужные вопросы. Например, не в той ли партии, что довела страну до дефицита мыла, сделал карьеру обласканный президентом премьер Виктор Зубков.
Возможно, это была своеобразная реакция на тавтологичность предвыборной риторики партии, чей список он отважился возглавить. Пережевывание одних и тех же заклинаний: «план Путина», «победа России», «единая страна», как показывает социология, почти не имеет отклика в сердцах граждан, умом же «Единую Россию» им не понять. О «плане Путина» слышали почти все, в чем же он заключается, не знает почти никто, включая самих единороссов.
А призыв к голосованию сердцем проходит на ура. И если нет таких новых слов, которые заставят сердца электората забиться от радости (бюджет ведь не резиновый), то пусть хотя бы забьются от негодования. И проголосуют против всех, за одного-единственного кандидата.