Статья опубликована в № 2190 от 08.09.2008 под заголовком: От редакции: Только спокойствие

От редакции: Только спокойствие

На прошлой неделе впервые со времен кризиса 1998 г. у обменных пунктов на улицах толпились очереди. Люди скупали внезапно подорожавшие доллары, от которых в последние годы было принято избавляться при первой возможности. Неделя стала черной не только для участников фондового и валютного рынков: неуправляемое падение рубля не на шутку напугало обладателей долларовых кредитов, чьи обязательства перед банками потяжелели вместе с американской валютой.

Резкое падение рубля и фондового рынка началось в среду, продолжалось в четверг и пятницу. Но лишь в пятницу на экранах телевизоров появился зампред ЦБ Алексей Улюкаев, заявивший, что ничего угрожающего экономической стабильности не происходит.

ЦБ объясняет свое спокойствие тем, что в экономике за эти дни существенно ничего не изменилось. Отток капитала? Всего $5 млрд за август, а по итогам года в страну придет $40 млрд, уверяет председатель ЦБ Сергей Игнатьев. Большинство экономистов не согласны с этими оценками. Рубль падает? Так мы еще в мае сказали, что ЦБ будет меньше участвовать в формировании курса рубля, который теперь будет больше определяться рынком, объясняет Игнатьев.

Отток капитала даже на руку ЦБ, поскольку помогает ему бороться с инфляцией. А у банков достаточно ликвидности, в том числе благодаря тому, что Минфин предлагает рынку по 160 млрд руб. в неделю «временно свободных» бюджетных средств – в основном денег госкорпораций. Так чего же нервничать? Никаких специальных мер для поддержки курса рубля и противодействия оттоку капитала Банк России принимать не будет, четко заявил в пятницу Улюкаев.

Российский фондовый рынок в отличие от рынков развитых стран не имеет прямой связи с экономикой, поэтому его падение не так болезненно для экономики, как в США или Германии. Да и там до последнего времени регуляторы исходили из того, что рынки сами корректируются и возвращаются в состояние равновесия.

Но финансовый кризис, который мир пережил в последний год, заставил экономистов изменить свой взгляд на вмешательство властей в рыночные отношения. МВФ прямо советует правительствам активно проводить интервенции, когда на рынке возникают сложности: рынок все больше влияет на глобальную экономику, поэтому ответственность правительств за управление рыночной ситуацией растет.

У российского ЦБ даже больше возможностей для прямого решения рыночных проблем, чем у его американских или европейских коллег. Они влияют на рынок опосредованно, через ставку рефинансирования: реагируя на нее, банки либо повышают спрос на деньги, либо понижают, и таким образом уровень ликвидности в экономике меняется. Наш ЦБ может покупать и продавать валюту напрямую. Что он и сделал в четверг, когда стоимость бивалютной корзины достигла угрожающей отметки в 30,45 руб. и рынок уже охватила паника. По оценке трейдеров, поддержка рубля в тот день стоила ЦБ $3–4 млрд.

Эта цифра была бы гораздо меньше, если бы ЦБ не хранил молчание почти два дня, убеждены участники рынка. Именно его бездействие укрепило настроение тех, кто играл на понижение рубля. А неопределенность и осознание того, что ЦБ может допускать такие ситуации, заставили осторожных игроков перевести свои активы в более предсказуемый доллар и еще больше усилили падение рубля.

Конечно, рядовому гражданину трудно понять, как, имея $582,5 млрд валютных резервов и стабфонд на $165 млрд, власти не поддерживают рынок. Но сейчас главное – удержаться от применения простых рецептов вроде распечатывания стабфонда. Чтобы вернуть доллар к привычному курсу 23,5 руб., придется потратить около $15 млрд. И это явно будет не последней интервенцией. В результате бюджет потеряет запас прочности, к тому же на рынок выплеснется много дополнительной ликвидности – поскольку стабфонд успешно стерилизовал рынок от нефтяных доходов. Неизбежное ускорение инфляции рано или поздно заставит правительство поднять зарплаты и пенсии, что приведет к дальнейшему ускорению инфляции. Довольны будут только инвесторы, бегущие с рынка, поскольку им удастся это сделать по более выгодной цене. Но должны ли налогоплательщики оплачивать это бегство?

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать