Статья опубликована в № 2459 от 07.10.2009 под заголовком: Политэкономия: О пользе шока

Политическая воля - важнейший фактор экономического роста

Ровно два десятилетия тому назад Лешек Бальцерович, министр финансов первого некоммунистического правительства Польши, представил план шоковой терапии. Спустя некоторое время сейм поддержал необходимые законы, МВФ согласился с пунктами программы, а в январе 1990-го началась реализация плана – болезненного, но позволившего Республике Польше первой из постсоветских стран вкусить горьковатые плоды восстановительного роста: в 1992-м, уже в отсутствие премьера Тадеуша Мазовецкого и самого Бальцеровича, ВВП вырос на 2,5%.

Экономисты, несмотря на чрезмерную математизацию своей профессии, пока не научились рассчитывать такие факторы, как политическая воля, холодная решительность, безоглядная смелость. Но именно они определяют состояние экономики. Конечно, Польша не Россия: почти 80% аграрного сектора уже находилось в частных руках, по поводу реформ имелось общественное согласие, антикоммунизм был эмоциональным фоном происходящего. Но ведь Бальцерович знал, чем обернется шоковая терапия, и осознавал, что окно возможностей захлопнется быстро.

Реформы стремительно надоели «Солидарности», исповедовавшей скорее социалистические принципы, общественная поддержка сошла на нет – на президентских выборах конца 1991 г. Мазовецкого, вошедшего в клинч с Лехом Валенсой, поддержало всего 18% избирателей. Превосходно понимал министр и то, что его имя станет нарицательным. Если бы не Егор Гайдар, между понятием «шок» и фамилией Бальцерович можно было бы ставить знак равенства. И тем не менее – решился на шоковую терапию. А иначе для чего начиная с 1980 г. писать об экономической реформе? В тогдашней Польше это можно было делать, равно как получать образование в Америке, Великобритании, Германии. Таких возможностей у Гайдара, пошедшего польским путем два года спустя, точно не было. Равно как не было предшественников из коммунистических правительств, уже почти тотально отпустивших цены – на это не решились ни Николай Рыжков, ни Валентин Павлов.

Политикам, принимающим ответственные и непопулярные решения, имеющие долгосрочные, на десятилетия, последствия для страны, приходится нелегко. Их в лучшем случае втихаря привлекают для разработки решений, как в случае с Гайдаром, или возвращают во власть, как в случае с Бальцеровичем, который много лет проработал председателем нацбанка. Главное же – именно они остаются в истории, а не те, кто, может, и правит долго, но пресно и нерешительно.

Шок встряхивает не только экономику страны, но и ментальность нации. Иногда происходит и культурный взрыв, который, например, сейчас ожидает Армению после открытия границ с Турцией. Парадокс в том, что это непопулярное решение именно правящей элиты, берущей на себя ответственность за последствия. Отличительная особенность шоковых решений состоит в том, что они критически необходимы. Их можно не принимать, но тогда страну ждут стагнация и неконкурентоспособность.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать