"Про свидетеля номер семь я читал в основном в вашей газете"

Бывший министр информационных технологий и связи, а с мая 2008 г. советник президента Леонид Рейман дал "Ведомостям" первое интервью за пять лет.
Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание
М.Стулов

Бывший министр информационных технологий и связи, а с мая 2008 г. советник президента Леонид Рейман дал "Ведомостям" первое интервью за пять лет. В этом интервью (его полная версия будет опубликована в завтрашнем номере газеты "Ведомости") чиновник делится своими взглядами на свежие инициативы власти, касающиеся поддержки инноваций, подводит итоги сделанному на посту министра и рассказывает, на что он жаловался главному редактору газеты "Ведомости"

– По инициативе президента создается отечественный аналог Кремниевой долины – инноград в Сколково. Насколько эта задача реализуема?

– Я считаю, абсолютно реализуема. Больше того, это приоритетная и важная задача. Если государство обратит внимание на отрасль и будет последовательно и систематически ее поддерживать, то я абсолютно уверен, что не только сократится отток специалистов – то, о чем вы сказали, но будет наблюдаться обратный процесс. Начиная, скажем, с 2005 г. мы видели зачатки этого процесса: очень многие иностранные компании стали открывать здесь центры разработок – в Нижнем Новгороде, Санкт-Петербурге, Москве, Новосибирске. Крупные компании вместо того, чтобы импортировать из России специалистов, а инфраструктуру создавать у себя, стали создавать эту инфраструктуру здесь, в России. Потому что сочли, что [есть] достаточное государственное внимание, хорошие перспективы.

Понятно, что государство могло бы сделать больше. И с точки зрения налоговых режимов различного рода, и с точки зрения поддержки компаний, которые хотят выйти на международные рынки со своей продукцией и услугами. И я знаю, что в соответствии с поручениями президента работа в этом направлении активно ведется.

– А что этому мешало до сих пор? Ведь Мининформсвязи, которое вы возглавляли почти девять лет, выступало со множеством инициатив. А двигаться процесс начинает только сейчас.

– Справедливости ради надо сказать, что кое-какие инициативы были все-таки реализованы – те же налоговые льготы для экспортеров программного обеспечения. Понятно, что она не была реализована полностью, в том виде, в каком мы ее предлагали, – системном, объемном. В министерстве финансов, исходя из здорового финансового консерватизма, все это несколько ... оптимизировали (улыбается). Тем не менее что-то из этого состоялось.

Я считаю, что программа технопарков достаточно успешная была. На сегодняшний день существует несколько хорошо работающих проектов.

– Какие, например?

– Совсем недавно президент проводил комиссию в Томске, и мы посетили бизнес-инкубатор. Сам по себе он небольшой по размеру, но очень приятно было видеть, что молодежь, студенты старших курсов такими небольшими коллективами развивают очень интересные идеи. Исключительно интересные! Причем в разных сферах – и в микроэлектронике, и в робототехнике, и т.д. Приятно там находиться, энергетика очень позитивная.

Неплохой технопарк в Татарстане, в Казани. Реально работающий, со своей инфраструктурой, со зданиями, сооружениями, с хорошими проектами.

– «Связьинвест» намерен укрепить позиции в таких сегментах рынка, как, например, мобильная связь. Обсуждается, например, покупка СМАРТС и даже акций «Мегафона». Как вы относитесь к подобным сделкам?

– С одной стороны, [холдингу] необходимо укреплять позиции в сегментах, с этим трудно спорить. Но существуют перспективные сегменты, а существуют неперспективные. Есть понимание того, как те или иные сегменты будут расти. Я бы предложил, конечно, укреплять позиции «Связьинвеста» в тех сегментах, которые имеют максимальную перспективу роста. Тем самым, во-первых, «Связьинвест» укрепляет свои экономические позиции, а во-вторых, он предоставляет самую востребованную и современную услугу.

Бессистемное укрепление позиций во всех сегментах достаточно опасно, потому что денег можно вложить много, а отдачи никакой. С этой точки зрения слияние с каким-то крупным сотовым оператором неоднозначно. Все-таки сотовая связь в России на сегодняшний день достаточно хорошо развита: по официальному отчету министерства [связи и массовых коммуникаций] за 9 месяцев 2009 г. у нас 223 млн активных пользователей. Это значит, что сегмент сотовой связи достиг насыщения и супердинамично развиваться не будет. И компании, которые работают в этом сегменте, в определенном смысле достигли пика своей стоимости и, наверное, сильно дорожать уже не будут. Целесообразно ли «Связьинвесту» покупать компанию, которая находится на пике цены, – вопрос неоднозначный.

Если вы вспомните, в прошлые периоды сотовая связь росла в два раза в год, а сейчас (в 2009 г. – «Ведомости») рост составил, по официальной статистике, порядка 15%.

– В 2006 г. Цюрихский третейский суд отказался передать бермудскому фонду IPOC акции «Мегафона», так как счел, что IPOC получал деньги незаконно. А его бенефициаром назвал «предполагаемого свидетеля №7», по описанию очень походившего на вас…

– И про это решение, и про предполагаемого свидетеля под номером семь, и его сходство со мной я действительно читал, в основном в вашей газете. Другие газеты на эту тему как-то меньше писали.

– Мы тоже удивлялись – почему.

– Удивляться тут нечему. Видимо, это была такая концепция, которую вы продвигали. Правда, еще The Wall Street Journal пару раз на эту же тему написал и Compromat.ru…

– Но вы же не станете спорить, что описываемый в решении суда человек очень похож на вас. Это чиновник российского правительства, курировавший телекоммуникационную отрасль и возглавлявший совет директоров «Связьинвеста»…

– Я не читал материалы суда. Я читал то, что у вас написано.

– Мы всего лишь перевели текст судебного решения.

– Сама по себе постановка вопроса – что есть какой-то предполагаемый свидетель, который, по предположению, с кем-то совпадает, – это нонсенс в юридической практике. Не находите?

– Эта история наверняка вредила вашей репутации. Почему вы не попытались внести ясность в этот вопрос, приехав в Цюрих? Или обжаловав решение суда?

– Я обратился к адвокатам, с тем чтобы получить данное решение и оспорить выводы, содержащиеся в нем, – если то, что пишет пресса, действительно было в этом документе. Но выяснилось, что, поскольку я не был стороной по делу, законодательство не позволяет мне получить материалы и обжаловать решение третейского суда.

И потом непонятно, на что жаловаться-то и кому. На то, что в газете «Ведомости» опубликовали статью о том, что в отношении меня вынесено какое-то решение в цюрихском суде? Я пожаловался главному редактору газеты «Ведомости». После этого вы стали писать, что есть некий предполагаемый свидетель номер семь, который, как предполагает газета, похож на меня.

Никто и никогда меня [в суд] не приглашал. Ни в каком качестве. В том-то и дело, что решение суда меня, Леонида Реймана, не касается. Я стороной там не был.

– Говорят, что с приходом Дмитрия Медведева в администрации президента появилось много технологических новшеств. Например, президент теперь может напрямую связаться с любым сотрудником администрации по современным каналам коммуникаций...

– Да, действительно, определенный прогресс есть. В частности, прием граждан ведется в режиме видеоконференций. Раньше это происходило вживую. Сейчас тоже можно вживую, но людям накладно приезжать сюда со всей страны: не все могут тратить много времени и денег. А так общение с заявителем, который находится там, у себя, идет в режиме видеоконференции. Параллельно в этой же видеоконференции участвуют руководители региона, люди, которые прямо или косвенно связаны с обсуждаемым вопросом.

– Видеоконференциями пользуются все чиновники администрации? Вплоть до начальников управления?

– Да. Вот и у меня в кабинете стоит [такая система].

– А вы часто ею пользуетесь?

– Не могу сказать, что очень часто, но пользуюсь.

– Насколько это удобно? Ведь может оказаться, что президент включил систему, захотел поговорить, а вы в этот момент что-то делаете...

– А я ничего не делаю (смеется). Это как обычная телефонная связь: если вы трубку не сняли, так вас и не видно.

– Если позвонит Дмитрий Анатольевич, вы же не сможете не ответить!

– Ну, я поправлю галстук, а потом сниму трубку (смеется).

– Одно время ходил активный слух о том, что в правительстве может быть введена должность вице-премьера, курирующего инновации. На нее прочили в том числе и вас. Сейчас что-то подобное обсуждается?

– Я не знаю. Наверное, слух был неправильный, да? Или вы считаете, что я на вице-премьера тоже похож?

Полную версию интервью см. в ближайшем номере газеты "Ведомости"

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more