Статья опубликована в № 2674 от 23.08.2010 под заголовком: От редакции: Убегающая строка

Радио молчание

Многие петербуржцы и жители Ленинградской области пережили кратковременный конец света, несмотря на пока еще длинный день. Десятки тысяч горожан застряли в час пик в лифтах, поездах метро, городском транспорте. Другие стояли в пробках, вызванных отключением светофоров, третьи вынуждены были прервать работу, волновались о судьбе родственников. Мобильная связь и интернет работали с перебоями из-за перегрузок в сети (подробное описание событий в городе на Неве см. на стр. 07–08). Городские интернет-СМИ пишут, что многие пассажиры метро по 15–25 минут находились в темных тоннелях, пешком выходили на станции и поднимались вверх по неработающим плохо освещенным эскалаторам. Пришлось поволноваться и пассажирам поездов и электричек. Отдельные участки железной дороги обесточивались дважды, из-за чего были задержаны шесть поездов дальнего следования (в том числе два международных) и 68 пригородных.

Серьезных осложнений удалось избежать. Тем не менее, судя по реакции в блогосфере, самым неприятным для петербуржцев оказалось не само отключение электричества, связи и воды («Мы почувствовали себя москвичами», – пишут некоторые авторы, намекая на столичный блэкаут в мае 2005 г.), а недостаточная готовность городских служб к чрезвычайной ситуации и информационная блокада вокруг нее. Жители второй столицы недоумевают, почему ключевые объекты городской инфраструктуры: метро, наземный электротранспорт и системы ЖКХ – не могут незамедлительно подключиться к резервным источникам питания. Кроме того, петербуржцы раздражены тем, что городские чрезвычайные и коммунальные службы давали крайне скудную информацию о причинах отключения света и о том, чего ждать и к чему готовиться гражданам. «Никто ни о чем не оповещал – это скотство. Не работает ни одна служба на оповещение – ни Минобороны, ни администрации города» – этот пост блогера tiregroup повторяется во многих сообщениях. Как всегда бывает в случаях информационной непрозрачности, по городу поползли слухи о диверсии, аварии на АЭС в Сосновом Бору и т. д.

Городское проводное радио, сотовые операторы и иные системы оповещения (за исключением громкоговорителей в метро) не сообщали горожанам о возможных затруднениях.

В чем же причина постоянно воспроизводимой «нулевой» информационной политики? Возможно, в данном случае, как и во всех прочих, городские власти опасались массовой паники. Но отсутствие информации всегда провоцирует панику. Непонятно, почему не задействовали должным образом плазменные панели и бегущие строки Общероссийской комплексной системы информирования и оповещения населения (ОКСИОН). Межрегиональный центр в Петербурге торжественно открыли еще в декабре 2006 г. Сейчас, как заявляют чины МЧС, ОКСИОН может оповестить около 30 млн человек. Правда, часть средств ушла на аналитическую работу и разработку сценариев мультфильмов, например «Безопасная елка» и «Дымок в лесу».

Но фундаментальные причины молчания в другом – в стимулах. Во-первых, главная забота любого чиновника – хорошо выглядеть перед вышестоящим начальником и, в случае чего, перед телевизионной камерой. Во-вторых, чиновники, ответственные за оповещение жителей, знают, что их трудно наказать. Статья 6-я закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» обязывает власти всех уровней «оперативно и достоверно информировать население через средства массовой информации, в том числе с использованием специализированных технических средств <...> о прогнозируемых и возникших чрезвычайных ситуациях, о приемах и способах защиты населения от них». Однако закон не конкретизирует, что такое оперативное информирование, в итоге наказать чиновника за непредоставление сведений крайне трудно – штраф предусмотрен лишь за отказ ответить или поздний ответ на письменный запрос.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать