Авария на Ленинском может стать вторым Химкинским лесом

ГУВД Москвы

Постепенное развитие демократии и разрешение политических свобод «по кусочкам» влечет за собой для власти серьезные издержки.

Федерация автовладельцев России (ФАР) опубликовала на своем сайте выводы трех независимых экспертов, оценивших известные факты и официальные выводы следствия по резонансной аварии на Ленинском проспекте в Москве. 25 февраля 2010 г. столкнулись служебный Mercedes S500 вице-президента «Лукойла» Анатолия Баркова и Citroen C3 под управлением врача-акушера Ольги Александриной; Александрина погибла, ее свекровь, заслуженный врач России Вера Сидельникова, в тот же день умерла в больнице. Неделю назад начальник ГУВД Москвы Владимир Колокольцев сообщил, что дело закрыто, виновником аварии признана погибшая Ольга Александрина – по мнению следствия, Citroen выехал на полосу движения Mercedes, а не наоборот, как заявляли некоторые свидетели и как считала широкая общественность. По личному распоряжению Колокольцева материалы следствия были опубликованы в интернете.

Привлеченные ФАР эксперты – адвокат, бывший следователь транспортной прокуратуры; анонимный сотрудник департамента безопасности дорожного движения и автотехнический эксперт – независимо друг от друга заявили, что результаты официального расследования не доказывают вины водителя Citroen. Двое признали виновником аварии Mercedes, один воздержался от заключения из-за недостатка информации. ФАР назвала результаты следствия предсказуемыми и шокирующими одновременно и призвала желающих подписать обращения к президенту «Лукойла» и к президенту России, выйти 18 сентября на акцию протеста (заявка на проведение которой официально подана).

Поскольку авария с самого начала получила широкий общественный резонанс, можно ожидать живой реакции на предложения ФАР – по крайней мере в Москве. Власть получает новую протестную тему, на которую надо как-то реагировать. В этом смысле авария на Ленинском может стать вторым Химкинским лесом.

Протесты против прокладки через лес новой автомагистрали в конце концов привели к приостановке работ и назначению дополнительных экспертиз – власть решила действовать демократически. Издержки сразу выросли: теряется время, отвлекаются люди, тратятся средства на экспертизы. То же самое будет и с аварией – если власть опять услышит мнение общества.

Дело придется вернуть на доследование, оплатить новые независимые экспертизы, следователи будут заняты аварией, а не другими делами. Надо что-то отвечать на обращения граждан и вопросы журналистов, обеспечивать порядок на митингах.

Как снизить издержки? Простой вариант заключается в том, чтобы не обращать внимания на мнение общества, ужесточить контроль и перестать вспоминать о политических свободах.

Сложный вариант заключается в том, чтобы признать, что вышеописанное – только малая часть издержек, которые несет государство и общество из-за отсутствия нормально работающих демократических институтов. И начать строить эти институты, не оправдываясь трудностями бесконечного переходного периода.

Митинги протеста при работающих демократических институтах никуда не денутся (они сами – институт), и расходы на обеспечение порядка, пересмотр непопулярных решений все равно придется нести. Зато тщательное соблюдение процедуры принятия инвестиционных решений снимет значительную часть вопросов о правомочности того или иного строительства. Институт равенства граждан перед законом постепенно изживет практику езды с мигалками по встречной полосе и априорного преимущества чиновников и других важных лиц при следствии или в суде. Институт выборов перенесет значительную часть репутационных издержек с центральной власти на региональную, а федеративный институт – и значительную часть финансовых издержек. И так далее.

Идеология «постепенного» развития демократии сводится в общем к тому, что демократия наступит сама, по мере того как «ранние победители», получающие административную ренту из самой ситуации переходного периода, будут по кусочку уступать нам, хорошим ребятам, свою территорию. Это наивно.