Куда и как отдавать детей учиться?

Сопровождавшаяся ночными очередями и местами переросшая в небольшие потасовки процедура записи первоклассников в московские школы привлекла внимание всех ветвей власти. На прошлой неделе Московский городской суд отменил несколько пунктов столичного закона об образовании, касающихся порядка набора первоклассников в школы. По заявлению прокуратуры, признаны недействующими положения, которые отдавали приоритет при зачислении детям из близлежащих домов, многодетных семей, сиротам и братьям и сестрам нынешних учеников. Отмена льгот для сирот и многодетных семей при поступлении в ближайшие школы выглядит странно. Тем более что сами прокуроры от преференций при установке телефона, устройстве детей в садики и летние лагеря, установленные 44-й статьей закона «О прокуратуре», не отказываются. Но это частности.

Длительная судебная тяжба прокуратуры против мэрии и присоединившейся к ней Мосгордумы означает противоречие между двумя принципами комплектования школ. Городской департамент образования и депутаты считают, что в школы должны в первую очередь принимать по территориально-родственному признаку. Прокуратура же играет роль доктора Айболита - «приходите к ним учиться и корова, и волчица». А в выходные московский мэр Сергей Собянин пообещал разрубить гордиев узел, организовав электронную запись в школы – этот способ неплохо зарекомендовал себя во время губернаторства Собянина в Тюменской области.

Решат ли судебные и административные новации проблемы комплектования школ и детских садов (в некоторых районах будущим мамам рекомендуют вставать на очередь при первых признаках беременности) – серьезный вопрос. Например, мы с женой не нашли в нашем районе муниципальных садов с приемлемым наполнением групп и доброжелательным персоналом. После того как старший сын во сне закричал: «Не надо меня привязывать к кровати», мы спешно нашли частный сад. Цена вопроса в 2003–2009 гг. (когда наш младший сын пошел в школу) выросла почти втрое - с 6500 до 17 000 руб. в месяц. Но здоровье детей и собственное спокойствие того стоили.

Найти частную школу за те же деньги с педагогами, которые нормально учат детей, не путая себя с прислугой, не удалось. Возить далеко за свои деньги не хотелось. Хорошая школа в районе, которая нас устроила, нашлась. Не стоит думать, что подобные ситуации решаются плохо или хорошо замаскированными вариантами коррупции - «вступительным взносом» и покупкой оргтехники. Часто ключевую роль играют социальные связи. Вот и в нашей школе директор оказалась бывшей учительницей французского в школе, где когда-то (не буду говорить, сколько лет назад) учился я. Моя редкая фамилия облегчила знакомство, но вряд ли оно спасло бы старшего сына, если бы он не продемонстрировал достойные знания английского языка для зачисления.

Социальные связи, конечно, облегчают жизнь многим, но не могут решить проблему по существу. В общем дефицита мест в школах нет - на 82 000 московских первоклассников приходятся 87 000 учебных мест, но продвинутые столичные родители опасаются, что закомплексованные учителя могут привить детям отвращение к учебе, а старшеклассники представляют опасность для физического и психического здоровья малышей.

Хороших школ в Москве меньше, чем спрос на места в них. Департамент образования недавно честно признал, что качественное обучение гарантируют только 300 образовательных учреждений из почти 1600. Правила о приеме по домовому или родственному принципу, равно как и их отмена, этот спрос не удовлетворят.

Как поднять средний уровень московских школ и рядовых педагогов? Реализация подушевого принципа финансирования школ, с одной стороны, облегчит ситуацию, позволив директорам лучших школ и прогимназий нанимать учителей и арендовать помещения для дополнительных классов. Однако одновременно нужно задуматься и о необходимости поправок в законы и подзаконные акты об образовании, которые позволяли бы отсеять детей, не способных изучать продвинутые и углубленные программы. Сейчас федеральный закон «Об образовании» разрешает отказывать в приеме только из-за отсутствия мест в школе. Но что делать, если эти места появятся, а ребенок, которого родители пытаются поступить в прогимназию или спецшколу, плохо читает и считает? Учитель окажется перед трудным выбором — подтягивать отстающего в ущерб остальным или замедлять темп в ущерб лучшим ученикам.

Закон также запрещает устраивать экзамены при приеме в 1-е классы, разрешены только психологические и познавательные тесты. Возможно, стоит создать единый порядок приема в школы и прогимназии «повышенного типа», причем процедура тестирования должна быть максимально прозрачной, а система оценок — минимизировать возможность личного субъективного решения педагога (или педагогов), принимающего (или принимающих) у маленького человека первый в жизни экзамен.

Возможен и другой вариант — организовать в рамках одной школы классы с программами разной сложности, чтобы отличившиеся дети из «обычных» классов могли переходить в «продвинутые». Впрочем, отбор учащихся даже по самым прозрачным и ясным правилам обязательно вызовет недовольство. Среди родителей всегда найдутся те, кто сочтет оценку дошкольной подготовки своего ребенка необъективной и несправедливой.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать