Статья опубликована в № 2948 от 28.09.2011 под заголовком: Ценность образования: Не только знания

Олег Калинский: Не только теория, но и ценности

При обсуждении ценности образования в России за кадром часто остается то, что по-настоящему образованный человек, помимо высокого уровня академической подготовки и солидного багажа знаний, сегодня должен быть активным членом общества, способным привносить положительные изменения в различные сферы жизни. Без этого развитие ни одной страны не возможно.

Речь идет о важности того, чем занимаются студенты во время обучения в вузе помимо посещения занятий и подготовки домашней работы. Нужно признать, что сегодня многим российским студентам не хватает возможностей для личностного роста и получения так называемых soft skills (умения общаться, навыков стратегического мышления и разрешения конфликтных ситуаций, навыков управления проектами и работы в команде, умения проводить переговоры и т. д.). Именно эти «мягкие навыки», или «уровень эмоционального интеллекта», сегодня являются важнейшими для достижения успеха практически в любой профессиональной деятельности. И их значение будет только усиливаться, что неудивительно в динамично меняющемся глобальном мире.

Зачем этому учить?

Зайдите на интернет-страницу любого европейского или американского вуза – и найдете целые списки тех видов деятельности и курсов, которые студенты могут выбрать для себя в свободное от учебы время. При этом подавляющее большинство возможностей будет предоставлено бесплатно за счет учебного заведения, ведь наличие или отсутствие таких курсов сказывается на притоке студентов в этот университет. То есть вузы конкурируют за лучших студентов, стараясь дать им наиболее широкий спектр направлений для самореализации. Это не только занятия спортом почти на профессиональном уровне в составе сформированных команд с опытным тренером. Это и работа в студенческом правительстве, бюджет которого формируется из части денег, которые платят студенты, поступившие по коммерческому набору. Во многих университетах есть оркестры, театры и разнообразные тематические секции (например, риторика, рисование, компьютерные технологии). А если студенту необходимы деньги, то вуз может предоставить возможность заработка: от выдачи книг в библиотеке до должности исследователя или помощника профессора на той кафедре, где учится студент. При этом нередко студенты старших курсов за определенные небольшие деньги, которые им выплачивает вуз, несколько часов в неделю проводят консультации с младшекурсниками, помогая им разобраться в тех или иных предметах, опять-таки приобретая опыт работы.

Студенты ценят такой подход к образованию, ценят предоставленные им возможности выбора внеаудиторной деятельности, ценят саму возможность получать не только знания по предметам, но и навыки лидерства, навыки ведения диалога и поиска компромисса.

О ценности такого комплексного подхода к образованию написано немало. Наиболее точно, на мой взгляд, о недостаточности и даже опасности узкого подхода к образованию не раз высказывался Эли Визель, лауреат Нобелевской премии мира 1986 г., известный писатель и исследователь холокоста. Визель писал, в частности, что многие из инициаторов холокоста были выпускниками лучших учебных заведений своего времени, но высокий уровень образования не помешал им совершить преступления против человечности. Отвечая на вопрос, что было не так с их образованием, Визель говорил: «Их преподаватели ставили во главу угла теории, а не вечные ценности; концепции, а не живых людей; ответы, а не вопросы; идеологию и эффективность, а не совесть». Это одно из самых жестких предупреждений об опасности слишком формализованного подхода к образовательному процессу.

Комплексный подход учит студентов ответственности за принимаемые решения. А эта мера ответственности, в свою очередь, формирует у них модель соответствующего поведения, которая впоследствии становится доминантной уже после получения диплома и начала профессиональной деятельности. По сути, решается еще одна задача мудрого учителя: на раннем этапе он не только дает своим студентам знания, но и закладывает ответственную модель поведения, свойственную зрелому члену общества.

Так, например, студенческое правительство в американских учебных заведениях принимает активное участие не только в жизни вуза, но и в жизни сообщества. Студенты совместно с Красным Крестом несколько раз в год организуют передвижные пункты по сдаче крови, собирают одежду и еду для малоимущих, ремонтируют детские дома и общаются там с детьми, выступая примером для подражания и т. д.

При этом общественная работа всячески поощряется: студентам выдают бесплатные гранты на учебу и стипендии от таких организаций, как «Ротари клуб», или таких известных изданий, как The Wall Street Journal или US World & News Report.

Задел на будущее

Нельзя сказать, что в российских вузах полностью отсутствует элемент образования вне лекционных залов. Такая работа ведется в Российской экономической школе, ГУ-ВШЭ, МИСиСе и др. Часто проводятся и игры КВН, и спортивные мероприятия, и различные конкурсы. Однако, на мой взгляд, не хватает целенаправленной работы по развитию у студентов упоминавшихся вначале человеческих, «мягких», навыков. Вузов, где эффективно работают студенческие правительства, крайне мало.

Много пишут о том, что российские граждане не отличаются высокой активностью и не стремятся участвовать в развитии институтов гражданского общества. И данные различных опросов это подтверждают. Так, по результатам одного из опросов, более 60% российских граждан вообще никак не участвуют в общественной и политической жизни (в 1999 г. таких было 25%, в 2004 г. – 32%). Наиболее распространенные аргументы – либо «мне это неинтересно», либо «мое участие ни на что не повлияет».

Не является ли одной из причин такой пассивной позиции то, что многие из нас во время получения высшего образования не имели достаточных возможностей для реализации своего потенциала вне лекционных залов? Мы не развивали свои возможности и со временем их просто потеряли. А это, в свою очередь, приводило и продолжает приводить к тому, что в обществе не решаются накапливающиеся годами проблемы. Кто будет их решать, если нам самим зачастую все равно? И заложниками этой ситуации становятся все жители страны вне зависимости от их социального статуса и финансового положения.

Недавний опрос крупных (личные активы от $50 млн) российских предпринимателей, который проводился банком UBS и компанией Campden Research, продемонстрировал, что опрашиваемые разуверились в перспективах развития собственного бизнеса на родине. Доля оптимистов снизилась в 2009–2011 гг. с 84 до 40%; 56% респондентов намерены в будущем развивать свой бизнес в Европе, где институциональная среда позволяет не опасаться за свои активы и где отношения между людьми и организациями регулируются законом, а не произволом. И это неудивительно – ведь институциональная среда или инвестиционный климат не могут измениться сами собой, без участия людей с активной жизненной позицией.

Активная жизненная позиция и желание что-то менять чаще всего прививаются именно в вузах. Если мы не будем давать студентам возможность направить свою активность на благие цели именно в этот период, то будем помогать воспроизведению той институциональной среды, которая влияет одинаково негативно на всех – и на бедных, и на богатых.

Эффект от формирования системы развития студентов и стимулирования их личностного роста вне лекционных залов будет долговременным и позитивным не только для самих студентов или самих учебных заведений, но и для общества в целом. Образованные люди, не только обладающие знаниями, но и имеющие активную жизненную позицию, – это основа устойчивого долгосрочного развития любого общества. И нашего в том числе.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать