Статья опубликована в № 2980 от 14.11.2011 под заголовком: Человек недели: Сильвио Берлускони

Максим Гликин: Говорил и показывал Берлускони

"Только Наполеон делал больше, чем я, но я определенно выше его", – заявил на пике своей карьеры итальянский премьер-министр Сильвио Берлускони. Кое-что общее с великим предшественником у Берлускони и правда было: помимо того, что оба не страдали заниженной самооценкой, и тот и другой занимали высший пост (соответственно императора и премьера) около 10 лет, хотя Берлускони – с перерывами. И главное – оба были в свое время самыми яркими звездами европейской политики. Как зовут (точнее, как звали до минувшей субботы) итальянского премьера, знает каждый российский школьник в отличие, скажем, от имени премьера Британии или Португалии.

Берлускони в смысле умения быть на виду и оставаться при любых обстоятельствах на плаву не было равных. Каждый из многочисленных амурных скандалов, каждое из возбужденных против него уголовных дел могло бы стоить кресла любому другому главе правительства – но только не ему. Более того, до поры это только работало на его популярность. Как от героя комиксов, пули от него отскакивали и делали его сильнее.

Сейчас, когда итальянские политологи и СМИ итожат это странное правление, оно предстает еще более загадочным. Они не могут обнаружить ни одного значимого успеха (в борьбе с кризисом, с безработицей, с мафией и т. д.), который бы оправдывал столь долгое премьерство. С другой стороны, это правление им трудно назвать разочаровывающим: Берлускони ничего конкретного и не обещал. У него не было позитивной программы, внятной политической линии (в отличие от сменившего его ненадолго профессора Романо Проди). Кроме одной: во что бы то ни стало оставаться при власти.

Внятная линия этому бы только мешала: реформаторы долго не правят. Медиамагнат Берлускони понимал это лучше многих. Его власть была, без сомнения, медиакратией. Если в одних руках общенациональные СМИ, не столь важно, как ты работаешь, – важно, как это показывают, преподносят. Путь тупиковый, но до некоторых пор эффективный.

Не случайно Берлускони был так близок с Владимиром Путиным: они чувствовали родство душ. Однако электораты у них все-таки разные. Поэтому Берлускони ушел добровольно, а Путин только входит во вкус.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать