Статья опубликована в № 3016 от 11.01.2012 под заголовком: Политический кризис: Независимый суд как общая цель

Денис Соколов: От Facebook-революции до бунта

В декабре стало ясно, что в России не один класс, претендующий на «управление будущим», а два. Кроме коалиции силовиков и технократов на политическую арену, роль которой исполнили Болотная площадь и проспект Сахарова, вышли состоятельные и просто состоявшиеся горожане, которые не согласились с подсчетом своих голосов на думских выборах.

Кроме этих двух групп, в сумме не превышающих 10% населения, есть еще сто миллионов россиян, которые в разной степени обделены и экономически, и политически. Их лояльность напрямую связана с непрерывным ростом благосостояния, а бунт одинаково опасен для состоятельных горожан, силовой номенклатуры и целостности страны.

Как минимум три сценария вероятны: революция горожан, дальнейшее замораживание политической системы, стремительно превращающееся в контрреволюцию, и бунт «большинства».

Facebook-революция и бунт

Первый сценарий – революция «рассерженных горожан». Горожане здесь – это далеко не все жители Москвы, Петербурга, Екатеринбурга, Новосибирска и, может быть, еще нескольких мегаполисов. Это, например, пользователи социальной сети Facebook (их как раз около 5 млн), белые воротнички, городская интеллигенция, все те, кто кроме «хлеба и зрелищ» вдруг захотел еще и уважения.

А уважения нет, как нет качественного здравоохранения за любые деньги и образования для подрастающих детей. Да и наибольшую опасность для жизни и собственности граждане видят в правоохранительной системе.

«Революция» горожан зрела по мере роста числа обеспеченных и хорошо образованных офисных работников, проводящих отпуска за границей и вооруженных гаджетами. Эти горожане создавали репутационные капиталы в сети и свою Россию. 2010–2011-е – годы нарастающего конфликта виртуальной и реальной России. Чашу терпения заполняли:

– коррупция, бесконтрольность правоохранительных органов, иногда граничащая с произволом;

– беспомощность администрации при пожарах 2010 г.;

– разрушение образования и здравоохранения, неспособность принимать ответственные решения при их очевидности;

– беспомощность власти на Северном Кавказе и обвинения силовиков в соучастии в преступлениях;

– бесплодные разговоры о модернизации и разъедающий ткань общества цинизм, откровения Березовского и Абрамовича в Лондоне, дело Магнитского;

– рокировка тандема, опустившая авторитет института президентства на опасный уровень, и активное непринятие многими избирателями официальных результатов выборов в Госдуму.

К тому, что протест из интернета выйдет на улицу, оказались не готовы не только в Кремле и Белом доме. Оппозиция – и системная, и несистемная – напоминала серферов, торопливо ловящих волну, которая вдруг накатила неизвестно откуда.

У протеста нет общей программы, нет организации, лидеров, времени и необходимости бороться – можно просто уехать из страны.

У группы, находящейся у власти, тоже нет программы, но есть что терять: власть, собственность и личную безопасность.

Успешная революция «рассерженных горожан» – сценарий, больше напоминающий мутацию, которая один раз в миллион лет из примата, похожего на неандертальца, делает примата, похожего на кроманьонца.

Замораживание

Другой сценарий – замораживание – реванш, идущий с тех пор, как скинули «железного Феликса». Сужение свободы, а значит, и гибкости вертикали происходит автоматически, используется все – мятеж Верховного совета, война в Чечне, угроза возвращения коммунистов, теракты. Реальные это угрозы или их продуцирует сама система – отдельный вопрос, система «эволюционирует» самостоятельно, как черная дыра, сжимаясь с неизбежностью взрыва. При этом дети многих министров, генералов и даже полковников уже европейцы, а их активы – в европейских банках и акциях.

А в очереди, за спиной и у революции, и у контрреволюции, стоит бунт. Это бунт «футбольных болельщиков», обманутых вкладчиков или рабочих обанкротившегося оборонного завода. Десятки миллионов россиян живут на обломках советской промышленности. Это люди, которые почти ничего не получили от демократии и разрушения СССР материально, но потеряли смысл существования. Они работают на Байкальском ЦБК или на тракторном заводе в Нижнем Тагиле, они уволены из армии при сокращении или остались в брошенных поселках лесозаготовителей. Некоторые из них служили в горячих точках, им присущ объяснимый национализм, они слушают русский шансон, который звучит как протест против прошлого, настоящего и будущего, потому что нужна не культура, а наркоз.

С чего начнется – с Манежной, Пикалева, Согры или Благовещенска, – не важно. Важно, что бунт легко превратится в гражданскую войну и в ее основе будет лежать стремление к глубокому – глубже, чем в 90-х и 2000-х, – переделу собственности.

Замкнутый круг

Высокие нефтяные доходы пока позволяют поддерживать рост потребления населения и содержать полицейский аппарат. Это одна из составляющих фона, на котором разворачиваются три перечисленных «проекта». Остальные составляющие таковы:

– сокращение населения и его миграция в мегаполисы, особенно в Москву;

– катастрофическое падение уровня образования и нарастающий дефицит профессионалов.

Стягивание населения в мегаполисы привело к росту цен на жилье и коммерческую недвижимость, привлекло и инвестиции, и технологии ритейла, и мировые потребительские бренды. Эта динамика создает иллюзию развития. «Рассерженные горожане» – плод этой динамики, заряженный «энергией сжатия» страны.

Доходы столичного офисного планктона превысили европейский уровень, топ-менеджеры зарабатывают шестизначные зарплаты, в то время как месячный заработок врача высшей категории где-нибудь в Дагестане не превышает $150.

Распределительная экономика привела к терминальному социальному и географическому расслоению и извращению ценностей.

Колея углубляется – плохие правила воспитывают нечестных игроков, нечестные игроки поддерживают плохие правила. Граждане не только достойны своего правительства – правительство формирует граждан, которые его терпят.

Создание независимого суда

Нетрудно перечислить ключевые задачи реформ: необходимо обеспечить безопасность личности и собственности граждан, кардинально ограничить полномочия и сократить численность силовых структур, ликвидировав бесконтрольную силовую вертикаль, необходимо пересмотреть федеративный договор. Для этих и других важных изменений потребуется не только практически заново переработать законодательство, но и изменить основные институты и отношение людей к ним. Это потребует много времени и сил.

Наверняка окажется, что есть несколько возможных проектов, у каждого из которых противников будет больше, чем сторонников.

Энергия протеста горожан не пропадет только в одном случае – если вызовет необратимую мутацию системы. И отставка Чурова, и его сохранение в должности предполагают один результат – дальнейшую консолидацию внутри властной корпорации и увеличение количества недовольных снаружи.

Нужен проект, который объединит интересы, как это ни парадоксально, «партии Facebook» и «легионеров» власти – сотрудников силовых ведомств и чиновников-технократов.

Таким необратимым шагом могло бы быть создание независимого суда. Это звучит столь же безумно, сколь и банально, но только так общество, точнее, его продвинутая часть, получит инструмент для последовательной политической реформы. А «легионеры» – гарантию собственности на уже присвоенные активы, которую придется обеспечить, иначе кровь. Тем более что с повышением заработных плат в 2012 г. по своим потребительским амбициям полицейские примкнут к состоявшимся горожанам.

Экономика, которая является главным аргументом в пользу стабильности, без гарантий собственности мало отличается от распила бюджета и нефтяной ренты.

Что такое создание независимого суда? Это полная замена судебной корпорации, возможно – с запретом на профессию для действующих судей; создание прозрачного, ясного механизма формирования, воспроизводства и содержания судебного корпуса без участия государства; обеспечение гарантии публичности всех судебных процессов.

Возможно, с формированием новой судебной корпорации справилось бы правозащитное сообщество при поддержке общественности, президентского совета по правам человека и адвокатуры.

Публичность суда предусмотрена действующим законодательством. Видеозаписи всех судебных заседаний, за оправданным исключением, должны выкладываться в сеть в реальном времени, как и тексты мотивировочной и резолютивной частей приговоров.

Независимый суд – это проект, который мог бы консолидировать политический класс и сделать необратимой и неизбежной политическую реформу в стране. Возможно, это и есть самое слабое место колеи.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать