Мнения
Бесплатный
Александр Янов
Статья опубликована в № 3183 от 07.09.2012 под заголовком: Заметки историка: Помнить историю и не отчаиваться

Александр Янов: Помнить историю и не отчаиваться

Как несчастливая семья сегодня Россия. Несчастливы все – и муж, и жена, и дети. Особенно дети, вчера еще известные как «рассерженные горожане». Ни к чему не привели ни стотысячные мирные протесты, ни революционные призывы. Дети в унынии. Но счастлив ли режим – отец семейства? Выросли-то дети бездельниками, белоручками и вообще какими-то неправославными. С декадентскими айфонами, что ли, пойдут они воевать, если завтра война? Забыли, что кругом враги. Была надежда на кувалды в мускулистых руках рабочего класса с «Уралвагонзавода», страны, т. е. – в терминах нашей метафоры – жены, способной приструнить сбившихся с пути детей. Да вот беда, как бесстрастно констатируют на основе детального исследования Михаил Дмитриев и Дэниел Трейзман в текущем номере Foreign Affairs, «бренд Путин исчерпан в национальном масштабе» (стало быть, и среди людей с кувалдами). Выходит, что несчастлива и жена с таким мужем. И страна, оказывается, в унынии.

Дает ли, однако, история основания для такого всеобщего уныния? Действительно ли невозможно освободиться от этого архаического «бренда», живущего представлениями прошлого века – «битва за Сирию есть битва за Россию», – и взяться за обустройство современной России? История говорит, что это возможно. И что зависит это от нас. Хотя и не только от нас.

Неожиданные союзники

Именно в этом смысле и заинтересовал меня мощный протест европейской публики против «суда над ведьмами» в Москве XXI века. Просто в отличие от большинства я помню: нечто подобное уже было. И не так давно, какие-нибудь три десятилетия назад. Тогда роль суда над Pussy Riot играли процессы над диссидентами, психушки, выдворения инакомыслящих и прочие очевидные симптомы вырождения режима, особенно режущие глаз на фоне неумирающих воспоминаний о великой русской культуре, о Толстом, о Чехове.

Помните, как отвечает у Аксенова в «Острове Крым» банкир Фред Бакстер на вопрос, откуда он знает о даме с собачкой: «Да все сейчас читают что-нибудь русское. Повсюду только и говорят о ваших проклятых проблемах, как будто в мире все остальное в полном порядке – нефть, аятолла в Иране, цены на золото»? Это конец 70-х, преддверие перестройки, в шаге от Рейгана с его «Империей зла» и знаменитыми першингами в Европе – в получасе лёта от Москвы.

Даже в страшном сне не могло такое присниться советским правителям. Что еще удивительнее, не предвидели этого за редчайшими исключениями и диссиденты (так же, замечу в скобках, как – опять-таки за редкими исключениями – давно уже не ждет серьезной помощи от Запада и забывшая историю сегодняшняя оппозиция). Да, возмездие было за ближайшим поворотом, но никто в России этого не предчувствовал. И потому советские правители, как обычно, наглели. Они еще вторгнутся в Афганистан (разворошив тем самым осиное гнездо исламского экстремизма). Они еще вышлют в Горький Андрея Сахарова, изолировав его от мира. Они еще развернут в Европе свои ракеты, нацеленные на Париж и Лондон, – уверенные, что Запад, слабаки, не посмеет ответить тем же.

Нет, ничего еще, казалось, не изменилось в конце 70-х. Кроме одного: публика на Западе вдруг закипела нашими «проклятыми проблемами». И это означало, что барометр общественного мнения безошибочно указывал на Рейгана, на то, что возмездие близко. Что было дальше, все помнят. Першинги оказались убедительным аргументом – и у забуревшего в своей безнаказанности и сверхдержавной гордыне СССР вдруг затряслись поджилки. Элита раскололась. Остальное было делом тогдашних «рассерженных горожан», они добили монстра в его берлоге. Но началось-то все – грех это забывать – с возмущения западной публики, с поглотившего ее вдруг интереса к нашим «проклятым проблемам».

Почему именно тогда, а не раньше? Я думаю, что ключевое слово здесь – вырождение. СССР загнивал, и запах гнили, дух того, что звалось в XIX веке «больным человеком Европы», оказался для публики невыносимым. То же самое, похоже, происходит сейчас с путинским режимом. Загнивает. И дело Pussy Riot всколыхнуло публику именно как яркий симптом его вырождения. Как в конце 70-х, указывает это, что час возмездия близок.

Я могу, конечно, ошибиться. Но исторический опыт свидетельствует: такая возможность существует. И требует она от «рассерженных горожан» не уныния, а готовности. Тем более что вырождение режима усугубляется, он еще будет делать ошибку за ошибкой, разжигая пламя из искры Pussy Riot, в момент, когда его основа – рейтинг Путина – неудержимо размывается. Дело, однако, глубже, куда глубже.

Пренеприятнейшее известие

Меньше всего улыбается мне, поверьте, роль гоголевского городничего. Но никуда мне от нее не деться. Тем более что, по сути, я в этой роли уже выступил – в итоговой своей трилогии «Россия и Европа. 1462–1921». Но то было камерное, можно сказать, выступление. Что в многомиллионной Москве несколько тысяч единомышленников, одолевших 2000-страничную махину? Другое дело, согласитесь, общероссийская газета, которую читают десятки, если не сотни тысяч. И многим из них выводы трилогии будут, мягко выражаясь, не по душе. Но как умолчать о них, даже если идут они вразрез убеждениям людей с короткой памятью? Дело в том, что посвящена моя трилогия как раз истории политической оппозиции в России – с самого начала ее государственности (я имею в виду, конечно, не родовую, семейную или, если хотите, клановую государственность времен Киевско-Новгородской Руси, но общепринятую тогда в Европе монархическую).

Не все даже единомышленники знают, что писал я эту трилогию 40 лет и первая ее самиздатская версия передавалась из рук в руки, как какая-нибудь четвертая копия на «Эрике» (из-за нее я, собственно, и был выдворен из СССР). С тех пор проверял и перепроверял я ее выводы много раз, не хотел им верить. Но раз за разом все сходилось. Вот эти выводы.

Я горжусь достижениями русской оппозиции. В ее активе семь полноформатных конституций и три великие реформы (в XVI, XIX и XX вв.). Однако в силу исторических причин, останавливаться на которых здесь не место, решающего перелома не добилась она за пять столетий НИ РАЗУ! Побед одержала несчетно, но войны проигрывала. Всегда. Не сумела ни остановить наступление крепостничества в XVI в., ни добиться конституционной монархии в XIX в., ни отстоять демократию в XX в. (дважды). Это, впрочем, очевидно: в 2012 г. Россия так же авторитарна, как в 1512-м.

Не слишком ли самонадеянно в таком случае было бы рассчитывать, что именно сегодняшняя оппозиция своими силами добьется перелома, которого не добились 20 (!) поколений ее предшественников (в данном случае уберет с пути обустройства России загнивающий режим чекистского капитализма)? Но ведь значит это, вдумайтесь, что 100-тысячные митинги зимы 2011 г. и не могли закончиться иначе, чем они закончились. Такая вот история.

Деньги партии

Из нее, однако, вовсе не следует, что дело либеральной оппозиции в России безнадежно. Только то, что первоначальный (но решающий, способный напрочь расколоть элиту режима) толчок должен прийти извне. Остальное она доделает сама. Ну подумайте, состоялась ли бы великая реформа середины XIX в. без Крымской войны, спровоцированной по дурости прогнившим режимом Николая I? Свергла ли бы оппозиция в феврале 1917 г. 400-летнее самодержавие, откажись в 1914 г. Россия участвовать в мировой войне просто потому, что, как говорят американцы, she did not have a dog in that fight? Но загнивающий режим Николая II уже не в силах был сделать правильный выбор. Остальное доделала либеральная оппозиция. Доконала ли бы оппозиция советского монстра, не разверни он свои ракеты в Европе, спровоцировав рейгановские першинги? Но ведь то же самое происходит и сейчас: режим не в силах перестать гнить – и воровать, – отравляя Европу своей тотальной коррупцией.

Хорошая новость: сегодня такой «толчок извне» не потребовал бы от Европы (об Америке пока что рано говорить) ровно ничего драматического. Ничего похожего на першинги, тем более на Крымскую войну. Вообще ничего, что могло бы быть истолковано как враждебное в отношении России, разве что в отношении Путина и его ближайшего окружения, его «Политбюро 2.0», как называет этот неформальный институт доклад коммуникационного холдинга «Минченко консалтинг». Всего лишь финансовое расследование требуется.

Потому что если есть у Путина ахиллесова пята, то она именно в том «Политбюро», точнее, в активах этой единственной сегодня группы давления, способной вынудить его сесть за тот самый круглый стол, которого безуспешно добивались «рассерженные горожане» зимой 2011-го. Нет сомнения, активы эти упрятаны в офшорах так далеко, так надежно, что только эксперты мирового класса могли бы найти концы. Достаточно, однако, было бы лишь угрозы, что взялись за их поиски люди, заведомо способные их найти, обесценив тем самым весь смысл деятельности путинского «Политбюро» за последнее десятилетие, чтобы заставить его действовать. Это и был бы в сегодняшних условиях тот «толчок извне», способный не хуже Крымской войны расколоть элиту режима, насмерть ее перессорить и, что еще важнее, развязать тем самым энергию оппозиции.

Я не говорю, что это просто. Напротив, невероятно сложно заразить европейскую публику, возмущенную судьбой Pussy Riot, охотой за «деньгами партии», объяснить ей связь между этой судьбой и загниванием воровского режима и в конечном счете обратить общеевропейское возмущение в рычаг давления на Европарламент. Но все ингредиенты для этого есть. Режим и впрямь на глазах превращает Россию в «больного человека Европы», запах гнили действительно становится столь же невыносимым, как в конце 70-х, и в рядах возмущенных есть не меньше, чем среди слуг путинской реакции, людей, встроенных в финансовую элиту мира.

Другое дело, сможет ли возмущенное общественное мнение перебороть влияние банков, заинтересованных в российских – пусть и наворованных – деньгах, и способен ли Европарламент сыграть, условно говоря, роль Рейгана. А это, в свою очередь, зависит не только от неизбежных ошибок загнивающего режима, но и от активности российской оппозиции, от ее способности разоблачить его гниль перед миром.

Вопреки унынию, охватившему Россию, история свидетельствует, что возмездие близко. Да, это зависит не только от нас, но от нас это зависит тоже.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more