Статья опубликована в № 3247 от 07.12.2012 под заголовком: От редакции: Привычка к концу света

От редакции: Апокалипсис по-русски

Д. Новожилов / Ведомости

Российское безрелигиозное общество готовится к концу света. Граждане в регионах закупают соль, спички, свечи, консервы, надеясь конец света пережить. Ведь для нас конец света – всего лишь очередная социально-экономическая катастрофа, которых на памяти живущих поколений было множество.

Конец света, как известно, назначен на 21 декабря – якобы в этот день заканчивается календарь индейцев майя. Этот повод многократно творчески переработан различными экстрасенсами, эзотериками и средствами массовой информации. Но только в России они получают такую благодарную аудиторию. В Барнауле жители раскупают свечи, спички, фонарики и термосы. В г. Омутнинске Кировской области случилась настоящая паника после публикации «пророчеств тибетского монаха» в местной газете (см. колонку Марии Эйсмонт «Мракобесие рулит», «Ведомости» от 29.11.2012). В Новокузнецке небывалый спрос на соль, а один из местных жителей написал официальное письмо в администрацию, в котором выразил обеспокоенность готовностью городских служб к возможным последствиям катастрофы (отключению электричества, мародерству на улицах и т.д.). «Может, и прорвемся с минимальными потерями при условии максимальной готовности», – пишет автор.

Официально опровергнуть наступление конца света вынуждены были главный санитарный врач, глава МЧС и депутаты Госдумы, направившие руководителям федеральных телеканалов письма с просьбой не пугать людей.

Массовые психозы бывают в разных странах. Американцы после Карибского кризиса боялись ядерной войны, строили бункеры и учили детей прятаться под школьной партой. Сейчас ничего подобного нет. Как отмечают журналисты, даже мормонское предсказание о том, что президент-мормон будет избран в Америке только перед вторым пришествием, никак не обсуждалось во время кампании Митта Ромни. Рядовой американец побежит за солью и спичками только при реальной угрозе вроде шторма и торнадо, объявленной властями на завтра.

В нашем российском психозе любопытны две вещи. Во-первых, на 80% православное (согласно опросам) общество почему-то реагирует на календарь майя, который к тому же никто не видел. Во-вторых, конец света воспринимается как экономический кризис, который можно пережить на низком уровне потребления.

Парадоксально то, что рациональным при подготовке к концу света было бы религиозное поведение: раздача долгов, молитва, соблюдение церковных таинств. Но учение о наказании за грехи не проникло в массы «православных», российское общество ведет себя иррационально, готовясь конец света пережить.

Безусловно, это следствие огромного числа социально-экономических бедствий, свалившихся на жителей СССР и России в XX в. Война, голод, репрессии, распад страны, кризисы трансформации, до сих пор до конца не преодоленные, – все это печальный опыт поколений, каждое из которых – кроме разве что самого молодого, родившегося после середины 90-х, – прошло через серьезные катастрофы. Люди порой долгие годы существовали на грани физического выживания и в состоянии абсолютной неопределенности по поводу завтрашнего дня. Вера в то, что настоящего конца света не случится, но что-нибудь плохое обязательно произойдет, – от этой неопределенности. Неопределенность рождает также идею некоей зыбкости бытия, ненастоящести жизни.

Социологи говорят о специфической российской адаптивности, готовности выживать в самых тяжелых условиях – ее оборотной стороной является пассивность в политике и общественной жизни, где граждане не надеются ничего изменить. Наша адаптивность, безусловно, наш ресурс, конкурентное преимущество в случае неокончательного конца света. Мы живем сейчас неплохо – но, если что, можем и похуже, на хлебе и воде, как-нибудь.

Эта наша способность хороша для конца света, но плоха для нормальной жизни. Если те же американцы специально готовятся к реальным бедствиям, то мы к любому бедствию готовимся одинаково: спички, соль, крупа – и авось пронесет.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать