Статья опубликована в № 3286 от 14.02.2013 под заголовком: Extra Jus: Грабли раскрываемости

Элла Панеях, Мария Шклярук: Показатели раскрываемости преступлений мешают полиции

В России регистрируется вдвое меньше преступлений, чем во Франции, втрое – чем в Германии, в 1,5 раза меньше, чем в тихой Чехии
F.DUFOUR / AFP

В России кроме двух бед есть и национальный вид спорта, неотъемлемым атрибутом которого являются грабли. В случае МВД эти грабли считаются в процентах и называются «раскрываемость». Именно этому показателю в первую очередь мы обязаны самыми серьезными проблемами в деятельности криминальной полиции.

Из-за того что работа полицейских оценивается по доле раскрытых уголовных дел от всех, попавших в полицейскую статистику, каждое ОВД вынуждено постоянно решать две противоречащие друг другу задачи. С одной стороны, регистрировать как можно меньше преступлений (вплоть до силового давления на пострадавших в некоторых случаях) и среди них отбирать только очевидные дела, где сразу понятно, кто виноват и что именно случилось. С другой стороны – любой ценой добиваться признания от подозреваемого в том случае, если его делом все же пришлось заняться.

В результате любой оперативник работает, имея два пути. Либо нарушает все инструкции и «отбивает» заявителей, берет заявления так, чтобы по ним можно было отказать в рассмотрении дела, и отказывает, укрывая тем самым реальную преступность. Либо сам становится преступником, обеспечивая «раскрытие» зарегистрированного преступления при помощи методов, мягко говоря, незаконных. И то и другое – все время находясь под страхом уголовного преследования. И неизвестно еще, на какой чаше этих весов риски выше. Тот, кто не делает ни того ни другого, работает в системе недолго.

Ничего удивительного в этом нет. О том, что эффективность борьбы с преступностью как с социальным явлением зависит не от раскрываемости преступлений, а от уровня знаний о преступности, ее структуре и динамике, написано в любом учебнике по криминологии. Чем больше государство о преступности знает, тем больше шансов на успешную политику в этой области.

Проблема вполне уже осознана не только внешними экспертами, но и руководством самого МВД. Реформа полиции оставила показателями раскрываемость по тяжким преступлениям и преступлениям против собственности, но как отдельный показатель общая раскрываемость пропала – что могло быть шагом вперед. Новая «дорожная карта» реформы МВД признает проблему латентности преступности и необходимость повысить уровень регистрации преступлений. И это действительно первый шаг, с которого надо начинать: просто увидеть реальную картину, столкнуться лицом к лицу с настоящей структурой преступности, чтобы получить возможность хотя бы обсуждать самые настоятельные меры по ее обузданию.

Но для этого требуется определенное мужество. Дело в том, что, будучи крайне вредной для реальной деятельности криминальной полиции, «раскрываемость» чрезвычайно удобна руководству страны тем, что создает стимулы для полиции работать на создание до неправдоподобия благополучного имиджа. В России регистрируется примерно 2500 преступлений в год на 100000 населения – вдвое меньше, чем во Франции, втрое – чем в Германии, в 1,5 раза меньше, чем в тихой Чехии. Однако для тех преступлений, от регистрации которых так просто не отбрыкаешься, – покушений на убийство, например, – соотношение несколько иное. В России регистрируется (и вот эта цифра, как обычно считают, более или менее отражает реальный уровень – «труп не спрячешь») 15,4 таких случая на 100000 населения в год, а в тех же Франции и Германии впятеро меньше – 3,4 и 3,0 соответственно. А вот с более латентным классом насильственных преступлений – нанесением телесных повреждений – соотношение обратное: в России регистрируется 70 случаев в год на 100000, а в Европе на порядок больше: во Франции – 348, в Германии – 642. Если не предполагать, что в России радикально реже дерутся (несмотря на то, что чаще убивают), чем в намного более спокойных по всем сравнимым показателям странах Западной Европы, то, грубо экстраполируя соотношение по убийствам на мордобой, можно предположить, что в России реально случившийся факт нанесения телесных повреждений доходит до полиции раз в 25 реже, чем во Франции. До суда – с учетом разницы в формальной «раскрываемости», которая во Франции ниже, – раз в 10–15.

Посмотреть в глаза реальности – непростое решение. Соседний Казахстан после неудачных попыток сделал это в 2012 г. Регистрируемая преступность за счет нераскрытых преступлений возросла на 62% за восемь месяцев, а в столице – в 4 раза. Можете быть уверены – у нас не лучше.

Вместо этого на прошлой неделе новый этап соревнования в беге по граблям объявил президент, сообщив, что МВД работает неэффективно, так как «практически каждое второе преступление не раскрывается». Задача поставлена – и раскрываемость надо поднимать. И тут у среднего правоохранителя снова два пути. Или рисковать работой и уголовной ответственностью и «укрывать» еще больше. Или использовать передовой опыт и практику тех, кто раскрывает. В лучшем случае – поиск мелких дополнительных преступлений (за счет отказа от борьбы с более серьезными и трудоемкими – время не резиновое), в худшем – пытками и фабрикацией доказательств. Чтобы поднять раскрываемость с нынешних 55 хотя бы до 60%, от правоохранительной системы требуется «раскрыть» в 2013 г. еще около 100000 преступлений. При типичном уголовном деле «один человек – одно преступление» 100000 граждан пора начинать волноваться и надеяться, что правоохранители предпочтут снижать регистрацию – но устойчивое снижение регистрируемой преступности на 4% в год намекает, что резервы в этом направлении могут быть исчерпаны. И тогда – при нынешнем состоянии судов – второй путь может оказаться проще.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать