Александра Терентьева: «Роснефть» осознает, что самоограничение - это тоже путь к лидерству

- Хорошо. Будем логичны. Сейчас он прикончит отруби, потом доест хлеб. А потом? В передних рядах возникло движение. Толпа потеснилась к дверям. Я начал понимать. Аркадий и Борис Стругацкие. «Понедельник начинается в субботу»

Существо, которое произвело впечатление на Привалова Александра Ивановича, - это создание профессора Выбегалло, кадавр, неудовлетворенный желудочно. Желудочная модель, несмотря на все старания профессора вылечить у нее духовные потребности, «хотела лопать и лопала».

«Потребности должны идти у нас как вглубь, так и вширь», - объяснял Выбегалло. И вот этот принцип как нельзя лучше иллюстрирует происходящее с «Роснефтью» в течение последних полутора лет. ТНК-BP, «Итера», увеличение доли в «Сибнефтегазе», чтобы добывать больше. Попытка приобрести «СГ-транс», так как нужно ведь нефтепродукты в чем-то возить. Покупка сервисной буровой компании - ведь нужно чем-то бурить. Доля в Мозырском НПЗ (вчера правительство Белоруссии сообщило, что оценивает ее в $4 млрд) тоже интересна, признавал президент «Роснефти» Игорь Сечин. «Роснефть», добившись вместе с «Новатэком» права экспортировать сжиженный природный газ, как писал ИТАР-ТАСС, предлагала отменить монополию «Газпрома» на экспорт трубопроводного газа (Сечин, впрочем, это опровергал). Во вторник стало известно, что «Роснефть» предложила провести допэмиссию трубопроводной монополии «Транснефть» в свою пользу и таким образом профинансировать строительство магистральных нефтепроводов. Это вылилось в информационную войну «Роснефти» и «Транснефти».

Ответа, что эффективнее - экстенсивное или интенсивное развитие, нет. Иногда удачная покупка или слияние выводят компанию на принципиально другой уровень - например, поглощение «Сильвинита» превратило «Уралкалий» в крупнейшую калийную компанию мира. Но бывают и неудачи. Приобретение «Норникелем» (единственной в своем роде компанией с уникальной ресурсной базой) в 2007 г. компании LionOre, с никелевыми, золотыми активами, разбросанными по Африке и Австралии, обернулось миллиардными убытками и распродажей активов.

Но стремление к тотальному присутствию в каждом сегменте, имеющем хоть какое-то отношение к основному, «смутные ощущения каких-то громадных возможностей» не могут закончиться хорошо. В какой-то момент стремительный рост, масштаб и диверсификация во все на свете начинают играть против. Экономия, достигнутая благодаря собственным вагонам, буровым и трубопроводам, уже не оправдывает расходы на поддержание функционирования гигантской системы, замедляется процесс принятия решений, никто уже ни за чем не успевает. Это хорошо видно на примере мировых гигантов: и нефтяных, и горнодобывающих, которые то и дело признают часть бизнеса непрофильным (по географическому, продуктовому, любому другому признаку) и устраивают распродажи. Самоограничение и умение вовремя остановиться - тоже путь к мировому лидерству. Российские горнодобывающие и металлургические компании, обжегшись на стремлении завоевать мир, накупив заводов на каждом континенте, кроме Антарктиды, уже усвоили эту нехитрую истину. Похоже, теперь очередь «Роснефти».