Статья опубликована в № 3684 от 29.09.2014 под заголовком: Деловой климат: Деприватизация

Александр Бранис: Дело АФК «Система» как старт деприватизации

Прослушать этот материал
Идет загрузка. Подождите, пожалуйста
Поставить на паузу
Продолжить прослушивание
Дело «Башнефти» может стать прецедентным
Bloomberg

Арест пакета акций «Башнефти» застал наблюдателей врасплох. Объяснения причин произошедшего разнятся. Большинство сходится в том, что дело не имеет политической подоплеки. Владимир Евтушенков не замечен в политических амбициях, он не спонсировал оппозицию и внимательно относился к государственным приоритетам. Возможно, дело в попытке продолжить передел сфер влияния в нефтяной индустрии.

Многие коллеги Евтушенкова независимо от возраста, времени начала деятельности, истории, особенностей создания бизнеса, масштаба деятельности и т. п. предпочитают держать права на собственность вне российской юрисдикции. Евтушенков, российский гражданин и налоговый резидент, схему владения собственности структурировал иначе: он напрямую владеет акциями российского юрлица АФК «Система», акции которой котируются в Москве (и Лондоне). Пока это ему не помогло.

Изюминка стремительно разрастающегося дела заключается в том, что используемые в нем юридические подходы могут дать возможность пересмотреть все итоги российской приватизации. Помните, как в середине 2000-х гг. активно обсуждались слухи об удлинении 10-летнего срока исковой давности по сделкам о приватизации и как бизнес вздохнул с облегчением, когда выяснилось, что таких планов нет, а 10 лет с момента крупнейших сделок истекли? В основании дела «Башнефти» лежат юридические конструкции, которые де-факто позволяют оспаривать приватизацию на протяжении сколь угодно долгого периода после ее завершения.

Инициаторы дела «Башнефти» ведут атаку по двум направлениям. Первое - уголовное. Все гениальное просто. В деле «Башнефти» следствие утверждает, что Урал Рахимов допустил растрату в процессе приватизации «Башнефти» в 2003 г. Все понимают, что срок давности по данному обвинению истек. Но этого и не требуется. Достаточно того, что преступный характер приватизации «Башнефти» станет основным (помимо наличия умысла и знания о проблемах с приватизацией) аргументом в пользу обвинения Рахимова и/или Евтушенкова в легализации акций, фактически утраченных государством в момент приватизации «Башнефти».

Наказание за легализацию - конфискация изначально похищенного актива (видимо, суд закроет глаза на то, что это положение применительно к легализации появилось только в середине 2013 г. и не может применяться задним числом). Обвиняемыми могут стать и продавец («легализация на стороне продавца»), и покупатель («легализация на стороне покупателя»). Вероятно, покупателю будет крайне сложно вернуть деньги, потраченные на актив. В худшем случае возврату государству будут подлежать все дивиденды, полученные «Системой» от «Башнефти» за период владения.

Уголовный кодекс установил 10-летний срок исковой давности по делам о легализации. Применение конфискации возможно вплоть до истечения 10-летнего срока с момента первого после приватизации изменения бенефициара данного актива.

Рахимов приобрел контроль над «Башнефтью» при достаточно туманных обстоятельствах в 2003 г., а продал его «Системе» на абсолютно рыночных условиях в разгар кризиса в 2009 г. Все эти годы он и его представители исправно ходили на собрания акционеров и заседания советов директоров «Башнефти» и ее «дочек», голосовали за стратегические решения, получали дивиденды - осуществляли все функции нормального собственника. Так вели себя и другие контрольные акционеры - первые приобретатели тысяч предприятий, приватизированных в ходе массовых продаж 1990-х - начала 2000-х гг., и многочисленные последующие добросовестные покупатели этих активов.

Есть ли у кого-то сомнения, что первоначальные сделки приватизации далеко не всегда проходили с полным соблюдением духа закона, путем открытого состязательного аукциона, с продажей по справедливой цене и действующими сугубо добросовестно участниками процесса? С высоты прошедших 10-20 лет мы можем найти массу огрехов во всех этих инвестиционных конкурсах, залоговых и прочих аукционах, закрытых подписках, в передаче имущества между различными уровнями власти. Добавьте к этому условия, зачастую написанные под конкретного покупателя, и недопуск конкурентов на торги. Уверен, что многие читатели самостоятельно припомнят ряд ярких примеров нарушений, допущенных в ходе приватизации.

Итак, для попытки конфискации «Башнефти» по уголовной линии нападения необходимо соблюдение следующих условий. Нужно 1) установить незаконность изначальной приватизации (не важно, сколько лет прошло) и 2) чтобы первая после незаконной приватизации смена бенефициара произошла в последние 10 лет.

Вторая, арбитражная линия атаки еще круче уголовной. Такое бывает редко. В своем иске Генпрокуратура требует возвращения в госсобственность (виндикации) акций «Башнефти» в связи с многочисленными нарушениями, допущенными при приватизации (выбытие из собственности помимо воли собственника). Но срок исковой давности по искам о виндикации - всего три года с момента, когда пострадавшая сторона узнала или должна была узнать о незаконности произошедшего. Получается, Генпрокуратуре придется сделать вид, что о нарушениях, произошедших в 2003 г. или даже раньше, ей стало известно только недавно. И это несмотря на отчеты Счетной палаты, многочисленные публикации и т. п.

При таком подходе уже не важно, сколько переходов прав собственности произошло с момента приватизации: имущество изымается у последнего владельца, предыдущие держатели получают право по цепочке требовать друг у друга возврата оплаты. То, что владельцы были добросовестными приобретателями, ничего не меняет: все последующие сделки подвешиваются.

В сухом остатке следующее. В деле «Башнефти» применяется инструментарий, с помощью которого можно отменить любую приватизационную сделку независимо от того, когда она произошла и через сколько рук прошли активы, а также внести колоссальную неопределенность в операции с ними.

Конечно, в ходе проведения приватизации в России нарушения были и принцип справедливости не был полностью соблюден. Но революционная целесообразность в подобных вопросах может крайне дорого обойтись экономике. Едва ли существует осознанное решение о масштабном подрыве института частной собственности в стране и дело «Башнефти» станет прецедентным. Но если дело «Башнефти» получит развитие, а то и дойдет до своего логического завершения, то отнюдь не бархатная деприватизация может развернуться в полную силу.

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать
Читать ещё
Preloader more