Мнения
Бесплатный
Иван Крастев
Статья опубликована в № 3712 от 10.11.2014 под заголовком: Украина: Дефицит стратегии

Иван Крастев: У Кремля нет стратегии по отношению к ДНР и ЛНР, только тактика

Глобальное потепление не миф, но замороженные конфликты на постсоветском пространстве оттаивать не собираются. Напротив, их число растет. Признание Россией де-факто выборов в Донецке и Луганске показывает, что Кремль решился превратить контролируемую повстанцами часть Донбасса еще в одну затяжную «маленькую холодную войну». Потенциально это даже более дестабилизирующая регион версия по сравнению с Приднестровьем, Абхазией и Южной Осетией, другими окаменевшими осколками бывшего СССР. Взяв под контроль границу с Украиной, Россия выстраивает новые трансграничные отношения с аномальным политическим образованием, которое не признано международным сообществом, а в культурном и историческом плане принадлежит не мнимой «Новороссии», а «восставшему из могилы» СССР.

Почему замороженный конфликт в Донбассе, задуманный специально для того, чтобы сделать невозможным политическое урегулирование или сколько-нибудь стабильный мир, может быть выгоден России?

В их нынешних границах Донецкая и Луганская «республики» не играют существенной геополитической роли для Москвы. Не секрет и то, что независимый Донбасс потребует от российского бюджета весьма значительных расходов. Инфраструктура региона разрушена, большинство предприятий принадлежат олигархам, сбежавшим не в Москву, а в Киев. По-видимому, Россия будет вынуждена отстраивать заново и поддерживать на плаву экономику, которую будут обходить стороной другие иностранные инвесторы. В отличие от Приднестровья или Абхазии Донбасс - регион, перегруженный промышленными предприятиями и сильно зависящий от субсидий. Неопределенный международный статус ДНР и ЛНР не позволит промышленным производителям Донбасса торговать с остальным миром. В политическом отношении большая часть режиссируемых из Москвы замороженных конфликтов сформировали собственные версии «феодальных демократий», чьи лидеры сделали основой своей власти коррупцию и «капитализм для своих». Возможности для социального и экономического развития ничтожны, а риски серьезных социальных катаклизмов, напротив, крайне велики.

Превратив Донецк в замороженный конфликт, Россия попыталась вставить палки в колеса Украине и на ближайшее время затруднить рабочие отношения между президентом Порошенко и премьером Яценюком. Но в долгосрочной перспективе этот шаг послужит сплочению украинского государства на основе антироссийских эмоций и политики. В результате Россия еще десятки лет не сможет нормализовать отношения с Украиной. Решение создать еще один замороженный конфликт на постсоветском пространстве ставит под удар Евразийский экономический союз - важный для России проект региональной интеграции. Ни одно из непризнанных и не могущих быть признанными политических образований ни при каких обстоятельствах не сможет войти в состав этого союза, задумывавшегося как альтернатива или конкурент ЕС. Более того, вопиющее и бесцеремонное нарушение Россией территориальной целостности Украины не может обрадовать потенциальных членов Евразийского союза - ни Белоруссию, ни тем более Казахстан.

Каковы же геополитические последствия дестабилизации Донбасса и превращения его в раковую опухоль у юго-западной границы России? Почему Кремль санкционировал выборы, которые гарантированно не признает никто в мире? Какой стратегией руководствуется Москва?

Ответ предельно прост. Россия загнала себя в угол, и Кремль не имеет последовательной стратегии, лишь набор случайных краткосрочных тактик. Российское руководство не может позволить действий, которые были бы расценены российским общественным мнением (на которое оно парадоксальным образом опирается) как предательство повстанцев. Российские СМИ создали в обществе истерию, которая лишает российскую политику по отношению к Украине гибкости.

Вероятно, Россия хочет продемонстрировать Западу, что его антироссийская политика, опирающаяся на санкции, неэффективна. С этой точки зрения создание новых замороженных конфликтов, неприятных для Запада, но которые он в то же время не в силах разрешить, может казаться привлекательной стратегией. Поэтому то, что Россия делает в Донбассе, может быть прежде всего символическим жестом или геополитическим сигналом, отражающим убеждение Москвы: никакие договоренности с Западом более невозможны.

Если эти соображения верны, нет необходимости копать глубже в попытке понять стратегию Кремля. Политику Москвы определяет стремление не выказать слабость перед лицом западного давления и поддерживать националистическую истерию в стране. Также Кремль испытывает давление со стороны лидеров повстанцев, которые не желают терять свалившиеся на них «вотчины» и имеют все основания опасаться нормализации отношений между Москвой и Киевом.

Одностороннее признание выборов в Донецке и Луганске не предполагает какой-либо внятной стратегии. Более того, оно подрывает и дискредитирует первоначальную задачу России помешать дрейфу Украины в сторону Запада, как и созданию экономического альянса евразийских государств, в котором Москва заняла бы главенствующее положение. Никто не сомневается в том, что, аннексировав Крым, Москва окончательно потеряла Украину в качестве союзника. Заморозив Донбасс, Москва, возможно, хоронит и Евразийский экономический союз.

Перевел Николай Эппле

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать