Статья опубликована в № 3718 от 18.11.2014 под заголовком: От редакции: Обиженный ГУЛАГ

От редакции: Дело Магнитского как начало новой эпохи

В июле 2013 г. суд признал Магнитского виновным в уклонении от налогов
Alexander Zemlianichenko / AP

Пять лет назад 16 ноября в сизо «Матросская тишина» умер (официально - от болезни) обвинявшийся в неуплате налогов юрист фонда Hermitage Capital Сергей Магнитский. Дело Магнитского быстро переросло уголовные и процессуальные рамки и стало важным элементом нынешней России, отражающим правосознание и пафос самоутверждения отечественного истеблишмента.

Трагическая участь человека, обвинявшего чиновников и сотрудников МВД в хищении средств из бюджета, не обязательно должна была вызвать столь громкий резонанс. Россия могла открыто расследовать и отсутствие своевременной медпомощи, и возможное избиение перед смертью (на это указывали правозащитники), и обстоятельства дела, изложенные Магнитским. Тогда пристального внимания общественности и ее последующей реакции удалось бы избежать. Москва выбрала иной путь: упорно защищала честь мундиров и мантий, отрицала сведения о незаконном обогащении тех, на кого указывал Магнитский. Круг подозреваемых в причинении смерти сузили до отдельных сотрудников ФСИН.

«Не надо нам указывать», - твердили представители России, обещая объективное расследование. Однако виновных в смерти (убийстве?) юриста не нашлось: замначальника Бутырского сизо Дмитрия Кратова суд оправдал в декабре 2012 г., дело против врача Ларисы Литвиновой закрыли за истечением срока давности. Сведениям правозащитников об избиении перед смертью не дали хода. «Объективных данных о совершении в отношении Магнитского преступлений не установлено», - подытожил в марте 2013 г. СК РФ. Ответы Кремля на вызванное медлительностью расследования недовольство продемонстрировали своеобразное понимание национальной гордости и суверенитета.

Любые действия Запада вокруг «дела Магнитского» политизировались. Реакция США и Европы объяснялась происками главы Hermitage Capital Уильяма Браудера, объявленные в конце 2012 г. санкции против отдельных бюрократов были приравнены к покушению на национальные интересы. В деле Магнитского Россия и Запад заговорили на разных языках и начали обмен «асимметричными ответами»; абсурдность и антигуманность российских ответов Москву не смущали. Расследовавшие дело об уклонении от уплаты налогов были повышены в званиях и награждены.

А Магнитского буквально достали из-под земли: в июле 2013 г. суд признал его виновным в уклонении от налогов на сумму 522 млн руб. вместе с Браудером. В истории с делом Магнитского власти опробовали технологию, активно используемую и сейчас: населению внушают, что упреки Запада в неправовом поведении внутри страны и за рубежом, а тем более санкции против представителей правящего класса угрожают суверенитету страны.

Выбор редактора
Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать