Статья опубликована в № 3725 от 27.11.2014 под заголовком: Гражданское общество: Проект «Последний адрес»

Мария Эйсмонт: Проект «Последний адрес»

Первые таблички с именами жертв большого террора должны в ближайшее время появиться на домах в рамках проекта «Последний адрес» - российского аналога европейских «камней преткновения». Любой желающий сможет заказать и оплатить кому-то из репрессированных памятный знак размером 10 на 17 см с именем, профессией и датами ареста, расстрела и реабилитации и установить его на доме, откуда человека увели и куда он больше не вернулся.

Проект будет хорошим тестом для российского гражданского общества. Его успех напрямую зависит от количества и активности его участников, потому что несколько десятков памятных знаков не смогут передать масштаб репрессий. А десятки тысяч, напротив, подтвердят желание россиян помнить о человеческой цене «эффективного менеджмента». Успех проекта будет зависеть от способности участников к самоорганизации и принятию коллективных решений: для установки табличек, возможно, понадобится заручиться поддержкой соседей.

Татьяна Самгина заказала две таблички. Первую - младшему брату своего отца дяде Мите, 19-летнему студенту истфака МГУ. Его расстреляли 10 декабря 1937 г. после судебного заседания, которое длилось всего 20 минут и на котором не было ни допроса свидетелей, ни прений сторон. Вторую - его студенческому другу Николаю, чьи показания и легли в основу обвинения. «Мы не знаем, что там было на самом деле и как он давал эти показания, - говорит Татьяна. - Мы знаем, что они дружили». Николая расстреляли тремя месяцами позже. «Жизнь человека уникальна. Стирания, вычеркивания такого из жизни не должно быть», - уверена Татьяна.

Сергей Прудовский помнит рассказы своего деда о 15-летнем пребывании в лагерях, откуда ему посчастливилось вернуться живым. Его сослуживцам по Харбинской железной дороге повезло меньше, и Сергей заказал им три памятные таблички. «Эти люди, с одной стороны, для меня никто, а с другой - они работали вместе с моим дедушкой».

Еще до того, как Ольга, возглавляющая ТСЖ в одном из домов в районе Чистых прудов, услышала о проекте по радио, она знала про расстрелянных из ее дома: один из них был преподавателем военной академии, другая - машинисткой в Госплане. «Вдруг я поняла, что у нас есть возможность вспомнить этих двух людей, которых я пожалела, про которых думала, как они по этим ступенечкам спускались в самый страшный для них день», - говорит она.

От членов ТСЖ, которым Ольга написала о своей идее по электронной почте, пришло три отклика: один был скорее против, двое активно поддержали. Остальные промолчали, что было воспринято как знак согласия. Ольга решила на изготовление табличек ни с кого деньги не собирать, а потратить личные средства: «Мне это будет приятно, да там и не такие большие деньги».

«Мне наивно кажется, что если появятся эти замечательные и жуткие по своей сути таблички на домах в центре Москвы, то всякий прохожий сможет лично увидеть, сколько людей пострадало от политических репрессий, - говорит Татьяна Дыкина, сделавшая заказ на памятный знак для брата своего деда, расстрелянного в 1937 г. в Магадане. - И люди все-таки задумаются над советским прошлым. И над теперешним настоящим».

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать