Мнения
Бесплатный
Павел Аптекарь
Статья опубликована в № 3792 от 18.03.2015 под заголовком: От редакции: Криминальный туман

Почему статистика преступлений не соответствует реальной картине

Ведомственные интересы учета преступлений противоречат общественным

Отечественная криминальная статистика не показывает действительную картину, масштабы и характер преступности. Слабость внешнего и общественного контроля правоохранительных органов вместе со стремлением «органов» продемонстрировать благополучную картину состояния дел в порученной сфере порождают сокрытие происшествий и недостоверную картину преступности как социального явления. Искажение данных приводит к выработке неверных прогнозов и стратегии борьбы с криминалом. Таковы выводы доклада «Криминальная статистика – через открытость к управляемости», подготовленного Институтом проблем правоприменения ЕУ СПб при поддержке КГИ и экспертного совета при правительстве. Сегодня его обсудят эксперты и чиновники, собранные КГИ.

Россия отличается очень высокой степенью латентной преступности, отмечают авторы доклада Мария Шклярук, Дмитрий Скугаревский, Иван Скифский и Иван Бегтин. Прямой отказ полицейских фиксировать труднораскрываемые преступления встречается в последние годы реже, но даже их небольшое количество порождает массовое недоверие граждан к правоохранительной и судебной системе и, как следствие, нежелание обращаться в органы правопорядка при столкновении с преступностью. Ежегодный рост числа зафиксированных сообщений о происшествиях (с 19 млн до 28 млн в 2006–2013 гг.) сочетается со снижением количества зарегистрированных преступлений (с 3,8 млн до 2,2 млн) и повышением их раскрываемости с 45 до 56%.

Есть два типа изъянов при регистрации преступлений – умышленные искажения в ведомственных интересах и технические недостатки. Первая группа – следствие неверных критериев оценки работы правоохранительных органов и, соответственно, стимулов их деятельности. «Медведевская» реформа МВД изменила критерии оценки работы полиции, но не привела к полному отказу от «палочной» системы. Сейчас МВД руководствуется 27 критериями оценки работы местных отделов полиции. Их максимальная сумма – 198 баллов, при этом девять показателей, связанных с раскрываемостью, дают 84 балла (42,4%). Заинтересованность в высокой раскрываемости преступлений и снижении их числа порождает всевозможные манипуляции на предварительном этапе регистрации. Прокуратура и МВД выделяют среди них необоснованный отказ в возбуждении уголовного дела и его необоснованное списание в архив. В последнем случае объяснения и материалы собираются так, чтобы упростить «замыливание» дела: фальсифицируются данные, занижается вред здоровью и имуществу.

Проблема сложнее, чем простое сокрытие преступлений. Правоохранители отбирают для регистрации преступления, выгодные системе, и отсеивают труднораскрываемые и способные испортить отчетность.

Дальнейшие манипуляции статистикой отражают стремление оперативных сотрудников и следователей переквалифицировать состав очевидного преступления на более тяжелое для предварительного заключения под стражу, чтобы облегчить давление на обвиняемого. Для этого оперработники и следователи приписывают фигуранту сообщника, завышают ущерб, представляют грабеж групповым и организованным. Одновременно приходится соблюдать баланс между интересами различных сотрудников: отдел полиции стремится к высоким показателям общей раскрываемости, оперработники – к раскрываемости тяжких и особо тяжких преступлений, следователь – к увеличению количества дел, направленных в суд, заканчивающихся обвинительным приговором. Еще один конфликт: отдельный сотрудник заинтересован в снижении объема работы, а ведомство – в наращивании формальных показателей деятельности, ведь это основа роста или сохранения бюджета и штатного расписания. Компромиссом между интересами ведомства и отдельных сотрудников становится сокращение количества зарегистрированных и нераскрытых преступлений. Есть и технические возможности фальсифицировать статистику, внося изменения в карточки.

Деятельность «органов» формирует структуру преступности, социальный состав подсудимых. Статистика перестает быть зеркалом, отражающим ситуацию в сфере борьбы с преступностью, и превращается в ведомственный инструмент формирования собственных и общественных представлений о преступности и способах влияния на нее. Руководители системы и контролеры (прокуратура) знают об этих системных особенностях, но борьба с ними ведется в ручном режиме и не достигает цели. Это создает иллюзию управляемости системы, но лишает ее стимулов к реальному улучшению качества работы.

Изменить ситуацию может комплекс мер. Необходимо создать общую сквозную систему оценки деятельности правоохранителей, не создающую конфликта стимулов, когда оперативнику выгодны одни показатели, а следователю – другие. Не должно быть отрицательных показателей по категориям дел (в частности, преступности несовершеннолетних). Количество уголовных дел, прекращенных в ходе следствия по инициативе следователя или прокурора, оправдательный приговор в суде не должны рассматриваться как отрицательные показатели деятельности МВД. Наоборот, ими должны стать выявленные в судебном процессе факты представления недопустимых доказательств или манипуляции ими.

Для улучшения качества статистики необходимы и организационно-технические реформы. Это, в частности, создание независимой структуры, занятой сбором и обработкой криминальной статистики или переподчинение такой структуры Генпрокуратуре, как это было сделано в Казахстане. Нужно наладить систему сквозного учета преступлений от поступления сообщения о нем до приговора суда. Следует изменить идеологию информатизации: она должна стать полноценной моделью управления и контроля, а не дополнением к привычному бумажному и телефонному порядку руководства. Важно использовать современный электронный документооборот, не сводящийся к дублированию бумажных документов. Ее внедрение существенно сократит затраты и количество низовых работников на оформление и учет документов.

Следствием такой реформы может стать резкий рост числа зарегистрированных преступлений. Но возможное ухудшение количественных показателей будет тактической неудачей, а сохранение нынешней системы сокрытия и фальсификации данных чревато стратегическим проигрышем в прогнозировании и предотвращении будущих преступлений. Целиком реализовать эти меры при отсутствии политической воли едва ли возможно, но отдельные шаги, включая создание независимого агентства по криминальной статистике, сделать вполне реально.