Статья опубликована в № 3826 от 07.05.2015 под заголовком: От редакции: Привычка обвинять

Как прокуроры и судьи борются против состязательности

Адвокаты, присяжные, следственные судьи ни к чему российской модели судопроизводства

Силовые структуры упорно сопротивляются любым попыткам изменить нынешнюю модель следствия и судопроизводства, создать механизм реального контроля за расследованием.

Генпрокуратура раскритиковала инициативу правозащитников по организации института следственных судей. Следственные судьи должны компенсировать процессуальное неравноправие сторон уголовного процесса, когда при формальном судебном контроле доказательства по делу преимущественно формируются стороной обвинения, а аргументы защиты игнорируются. Автор инициативы, член Совета по правам человека (СПЧ) при президенте, судья Конституционного суда (КС) в отставке Тамара Морщакова пояснила, что цель нового института – объективное изучение доказательств вины и невиновности, независимый контроль и обеспечение состязательности в ходе предварительного расследования. Еще одна важная задача – исключить ситуации, когда один и тот же судья выносит решения на предварительной стадии расследования, а затем рассматривает дело по существу.

Реакция Генпрокуратуры предсказуема: нынешний порядок следствия и надзора обеспечивает соблюдение прав человека, в том числе подсудимого и обвиняемого, искажения исправляются прокурорским надзором, предложения СПЧ – «посягательство на базисный принцип осуществления правосудия».

Недавно в Совете Федерации Юрий Чайка отозвался о качестве следствия более критически. По данным Генпрокуратуры, число нарушений на стадии дознания и следствия выросло в 2014 г. по сравнению с 2013 г. на 22%. Но, получается, контролировать слабых следователей должна только прокуратура, которая одновременно представляет гособвинение в суде.

Ответ Генпрокуратуры отражает общее стремление правоохранительной системы сохранить статус-кво. Конституционный суд отказался рассматривать жалобу осужденного и его адвоката на ряд норм УПК, которые, по их мнению, препятствуют объективному изучению доказательств невиновности. Состязательность и равенство обвинения и защиты при нынешнем УПК иллюзорны. Сбор доказательств обвинения регламентируется 103 статьями кодекса, доказательств защиты – всего тремя. Адвокат в отличие от следователя не имеет права назначать экспертизу, самостоятельно приобщать к делу доказательства невиновности. Ситуация усугубляется формальностью и предвзятостью судебного контроля. Теперь право следствия и суда отправлять доводы подсудимого и его адвоката в корзину подтверждены КС.

Есть и другие проявления неравенства сторон. Адвокатов все чаще вынуждают давать подписку о неразглашении тайны следствия, что ограничивает их возможности обнародовать нарушения законности и представлять доказательства невиновности подзащитного. Идет наступление на суды присяжных, которые чаще обычного (12,9% против 0,7%) оправдывают обвиняемых. Чайка предлагал сократить число присяжных и придать им на время работы профессионального судью-консультанта. Возможно, не стоит ограничиваться паллиативными мерами и лучше уж сразу поручить консультации следователю и прокурору.