Статья опубликована в № 3879 от 23.07.2015 под заголовком: Гражданское общество: «Живые дома» в мегаполисе

Мегаполису нужны «живые дома»

Заброшенные дома могут стать центрами социализации для города, где никто никому не верит

Уникальный московский проект «Живой дом» – городская дача в центре города, где проходят концерты, работают детские развивающие студии и куда каждый проходящий мимо человек может зайти попить чай с хозяевами, – скорее всего скоро закроется. Собственник особняка в Хлебном переулке, где полтора года действует семейный центр супругов Степановых, поменял свои планы и попросил их освободить помещение. Полтора года назад москвич Олег Степанов постучал в окна заброшенного деревянного особняка, из которых шел «какой-то странный свет». В первый раз ему никто не открыл. Позже, когда идея «живого дома» – центра притяжения местного сообщества, где могли бы собираться и совместно проводить время взрослые и дети из округи, – окончательно овладела супругами Степановыми, Олег постучал громче. И скоро он и его жена Вера заключили с представителем собственника договор аренды. Через полтора месяца нежилой деревянный дом стал «живым домом» с прозрачным забором, детской площадкой и легко открывающейся с улицы деревянной калиткой. Постепенно сюда стали приходить люди с улицы.

Новые арендаторы с самого начала понимали, что они тут временно, но рассчитывали «хотя бы лет на пять» и не ожидали, что всего через полтора года планы собственника изменятся. Ведь они не успели самого главного: заразить чиновников и москвичей своей идеей и распространить ее по городу. «Мы показали, что это возможно, причем подъемно для обычных, среднего достатка людей, – говорит Вера Степанова, – и если государство поспособствует такой программе, то это будет доступно для небольшого семейного бизнеса». Задача Степановых проста: за оставшееся до переезда из «живого дома» время успеть убедить городские власти начать программу оживления заброшенных столичных особняков, неинтересных большому бизнесу, – 1700 человек подписали на Change.org обращение к мэру Москвы c просьбой создать городскую программу «Живые дома».

Такие дома – а они есть, к примеру, у принадлежащей правительству Москвы и Сбербанку компании «Мосстройвозрождение» – можно было бы отдавать по льготной цене семьям, готовым сделать за свой счет ремонт и жить, предоставляя треть площади под социальные проекты. «Живые дома» могли бы стать центрами городских сообществ в мегаполисе, в котором, по данным исследования «Евробарометр в России», менее 1% горожан считают, что людям в целом можно верить, и более 85% с недоверием относятся к большинству своих знакомых, за исключением близких друзей и родственников.

Действительно, Москва и другие крупные российские города представляют собой разрозненные районы с крайне слабыми территориальными сетями, говорит Петр Иванов, руководитель лаборатории полевых исследований города Высшей школы урбанистики ВШЭ: «При этом личные сети могут быть хорошо развитыми: так, например, почти у каждого есть свой врач, которому он в отличие от других врачей все же доверяет. Но гораздо лучше доверять своему соседу, чем кому-то, кто живет за 15 км, потому что с соседом больше шансов реализовать совместные проекты, которые приведут к созданию общего блага».

У «соседских» проектов есть еще одна сильная сторона: крепкие связи на местном уровне сложнее разрушить. Ведь убедить человека, что его сосед, с которым он проводит время и работает над совместным проектом, условный «иностранный агент» или представитель «нежелательной организации», куда сложнее, чем рассказать это про кого-то показанного по телевизору.-

Автор – журналист

Пока никто не прокомментировал этот материал. Вы можете стать первым и начать дискуссию.
Комментировать