Статья опубликована в № 3882 от 28.07.2015 под заголовком: Стратегия: Есть ли у нас выбор

У России есть выбор

Александр Идрисов о том, что стране необходимо переломить вектор, направленный на уничтожение креативного класса

Мы не можем игнорировать факты. Доля добавленной стоимости в мировой торговле, создаваемой на основе знаний, уже превышает 50%. При этом доля добавленной стоимости в мировой торговле, основанная на физическом труде, капитале и ресурсах, стремительно снижается относительно основанной на знаниях (дизайн, программное обеспечение, бренд и т. п.). Как следствие, за тридцатилетний период доля услуг в мировой торговле возросла, а доля товаров сократилась с 71 до 57%. Рынок труда также претерпел значительные изменения. Количество занятых высококвалифицированных специалистов возросло более чем на 15%. При этом занятость работников средней квалификации сократилась практически на те же 15%, а занятость низкоквалифицированного персонала возросла только на 3–5%. Как следствие, доля доходов 10% наиболее конкурентоспособных жителей развитых стран продолжает устойчиво расти. Например, в Индии и Китае она составляет около 30%, а в США уже почти 50%. В результате концентрация доходов в руках наиболее квалифицированной, креативной и глобально конкурентоспособной части населения стремительно растет.

Интенсивность развития технологий будет только возрастать – и, как следствие, будет увеличиваться темп разрушения рабочих мест, особенно в сегментах синих воротничков и низкоквалифицированных рутинных операций. Некоторая часть высвобождающихся людей будет способна адаптироваться, повысить свою квалификацию и мигрировать в сегмент высококвалифицированных специалистов, но большая часть будет вынуждена конкурировать за низкооплачиваемую работу. Например, уже в ближайшем десятилетии мы увидим магазины без кассиров, отели без портье и горничных, муниципалитеты без клерков, а также таксопарки без водителей. Технологических препятствий для этого больше не существует, остались только проблемы регулирования. А это даже не сотни тысяч, а миллионы рабочих мест. Следует также принимать во внимание, что продолжительность жизни и активный возраст людей растет, а значит, давление на рынок труда будет только усиливаться. Мы неизбежно идем к тому, что в будущем относительно незначительная и наиболее высококвалифицированная часть трудоспособного населения станет основным, а иногда и единственным источником национального богатства развитых стран. Мы будем вынуждены смириться с тем, что существенная часть населения просто больше не будет работать в традиционном смысле этого слова.

Мир меняется, и эти изменения бесповоротны. Через 25 лет глобальный ВВП возрастет более чем в 2,5 раза и превысит $200 трлн, но этой возможностью смогут воспользоваться далеко не все. Мечта о всеобщем благоденствии для многих стран так и останется мечтой. Мир разделится, возникнут новые процветающие империи, а многие, в том числе вполне благополучные сегодня государства, превратятся в территории социального ада.

Это наиболее значимый вызов для лидеров стран, которые пытаются осмыслить будущее и сформулировать свои долгосрочные приоритеты. Очевидно, что потребуется новый взгляд на социальную ответственность бизнеса и глубокая трансформация политики распределения национального богатства. При этом бессмысленно полагаться на усиление роли государства и повышение эффективности госрегулирования. Конкурентоспособность любого государства в первую очередь зависит от его успехов в создании критической массы наиболее квалифицированных и талантливых людей. То есть от способности страны создавать, привлекать и удерживать этих людей. С другой стороны, необходимо обеспечить условия для адаптации людей к новым возможностям независимо от возраста и предыдущего опыта работы. Это означает концентрацию усилий на образовании, поддержке предпринимательства и стимулировании готовности людей принимать на себя риски. Это также означает создание условий для мобильности населения: развитие транспортной инфраструктуры и доступное жилье.

С легкой руки профессора Ричарда Флорида эту наиболее конкурентоспособную и квалифицированную группу населения во всем мире называют креативным классом. Это ученые, дизайнеры, инженеры, музыканты, художники, юристы, консультанты, венчурные капиталисты, врачи, учителя, менеджмент и другие специалисты, занимающиеся интеллектуальной деятельностью. При этом качество представителей креативного класса определяется не только их принадлежностью к определенным областям профессиональной деятельности, но и глобальной конкурентоспособностью. Ошибочное представление о том, что термин «креативный класс» родился на Болотной площади, привело к тому, что в России он воспринимается исключительно в негативном свете.

В ряде ведущих стран создание критической массы креативного класса заявлено в качестве национального приоритета. В прошлом году я присутствовал на презентации национальной стратегии Южной Кореи, которая так и называлась – «Креативная стратегия». Поразила не только глубина понимания южнокорейскими чиновниками происходящих в мире процессов, но и заявленный девиз: «Каждый инженер должен стать художником». Сингапур не просто заявляет о необходимости увеличения численности креативного класса, но уже занимает лидирующие позиции в мире по доле креативного класса в структуре трудоспособного населения – около 50%. В среднем по 15 наиболее развитым странам эта доля составляет около 40%, а в Китае – около 8%.

В соответствии со статистическими данными доля представителей креативного класса в нашей стране достаточно велика – около 38%. Формально по этому показателю мы находимся на уровне развитых стран и даже опережаем США. Вероятно, это прежде всего связано с традиционно высокой долей в нашей стране населения с высшим и средним специальным образованием. Однако прежде чем считать это предметом для гордости, важно честно ответить на вопрос: «Сколько из них способны конкурировать на глобальном рынке?» Давайте определимся с понятием, кто такой конкурентоспособный русский. В моем представлении, это тот, кто знает математику лучше, чем кореец, физику лучше, чем финн, а английский язык лучше шведа. Это тот, кто способен участвовать в глобальных коммуникациях, быть эффективным потребителем и ценным контрибутором информации. Это тот, кто способен управлять проектами не хуже немца, а превращать любое пространство в произведение искусства не хуже итальянца. Это тот, кто, конкурируя за будущее сегодня, способен превращать знания в ценность для потребителей на глобальном рынке, за которую они будут хорошо платить. Учитывая вышесказанное, воссоздание и удержание конкурентоспособного креативного класса в нашей стране потребует от всех нас огромных усилий и значительных ресурсов.

Что же необходимо сделать для создания критической массы креативного класса в России? Во-первых, это обеспечение возможностей для профессиональной, творческой и духовной самореализации. В том числе в стране должны быть созданы все условия для развития предпринимательства – и особенно высокотехнологичного бизнеса. Во-вторых, необходима глубокая трансформация системы образования, которая позволит создавать конкурентоспособных специалистов начиная с дошкольного воспитания и заканчивая дополнительным обучением на протяжении всей жизни каждого человека. Кстати, недавнее решение президента Казахстана о переходе на обучение в старших классах на английский язык именно из этой серии. В-третьих, это условия для жизни, особенно в мегаполисах и агломерациях. Города становятся центрами притяжения и концентрации креативного класса. Мобильность, доступность качественного жилья, развитая система здравоохранения, безопасность, эффективный сектор государственных услуг. И главное – особое внимание должно быть уделено атмосфере в обществе. Толерантность, открытость к чужим идеям и предложениям, свобода творчества, уважительное отношение к меньшинствам, межрелигиозная и межнациональная терпимость. Нам необходимо не просто вступить в диалог с креативным классом, нам необходимо переломить вектор, направленный на его уничтожение.

Есть ли у нас выбор? Выбор есть всегда. Но сегодня это выбор между процветающей страной и социальной катастрофой. В высшей степени наивно полагать, что у нас есть шанс выиграть в войне против собственных детей. Ставка на воинствующее невежество и нарастающее мракобесие превращает лучших из них в изгоев общества.

Автор – президент Strategy Partners Group